#НР_ПоморыСевер МОЯ ПО - ТВОЯ. РУСЕНОРСК - ЗАБЫТЫЙ ЯЗЫК ПОМОРОВ. В настоящее время руссенорск сохран - пост # 111021

 

Сообщение от: 2016-12-19 09:15:06

#НР_ПоморыСевер МОЯ ПО - ТВОЯ. РУСЕНОРСК - ЗАБЫТЫЙ ЯЗЫК ПОМОРОВ. В настоящее время руссенорск сохранился на территории Шпицбергена. Руссенорск — смешанный язык северного побережья Норвегии, на котором общались русские и норвежские торговцы и рыбаки в XVIII-XX вв. Общались на простые бытовые темы, торговались, звали друг друга в гости, ругались, вели деловые переговоры.В руссенорске была ещё интересная черта: там для многих понятий было по два слова — из германского (норвежского) фонда и из славянского (русского). И говорящие выбирали чуждые формы (русские вставляли больше норвежских слов пиджина). Альтернативным названием этого языка недаром было «моя-по-твоя» — т. е. «я по-твоему». «Пят вога мука по сто фиска» (Пять возов муки за сто рыб). Русскому народу часто ставят в укор отсутствие деловой жилки. Но мало кто знает, что еще в XVII веке ушлые английские и голландские торговцы, прибывшие с товаром в Архангельск или Холмогоры, восхищались деловым инстинктом местных жителей – поморов. Именно с поморами консультировались по конъюнктуре русского рынка заморские купцы, ступив на русский берег. Именно поморы посоветовали англичанам построить в 1557 году канатный завод в Холмогорах, который стал первым иностранным предприятием в Русской Земле. Интересно, что холмогорскими снастями и канатами были оснащены английские корабли, разбившие испанскую Великую армаду в августе 1588 года. Петр I пытался ограничить поморское влияние во внешней торговле. В 1711 году он запретил поморам торговать с Западной Европой, надеясь привлечь заморские суда в Санкт-Петербург. Частично запрет на торговлю сняла Екатерина II, которая разрешила жителям Беломорья продавать норвежцам муку.А в 1808 году Александр I окончательно дал зеленый свет поморско-норвежской торговле. Поморы стали для норвежцев настоящими спасителями, поскольку помогли Норвегии преодолеть голод, вспыхнувшей после блокирования Наполеоном английских портов, откуда шел основной поток продовольствия в эту северную страну. Спустя 30 лет благодарные норвежцы отменили пошлины для поморских судов, заходящих в норвежские порты. Примерно в это время сформировался торговый язык, который поморы назвали «Моя-по-твоя», а филологи – Руссенорск. Язык состоял примерно из 400 норвежских и русских слов. Руссенорск имеет одну интересную особенность, которая свидетельствует, что русские и норвежцы были социально равноправными партнерами. Весьма во многих пиджинах в различных частях света один из языков играл доминирующую роль, а в случае с руссенорском, напротив, количество русских и норвежских слов примерно одинаково. По мере разрастания объёмов торговли часть купцов начала изучать русский язык, и к середине столетия руссенорск стал восприниматься как «дурной русский», а не как особый язык. Вот примерно так выглядел диалог норвежца и помора. Норвежец: Драсви, гаммель гу вен по моя. Твоя фиск купум? (Здравствуй, мой старый добрый друг. Ты покупаешь рыбу?) Русский: Да. (Да) Норвежец: Kак прис? (По какой цене?) Русский: Эн вога мукка, со ту вога треска. (За вог муки два вога трески.) Норвежец: Эта мала. (Это слишком мало) Русский: Шлик шлаг, эн о ен хальв вога треска, со эн вога мукка. (Такого рода. Один с половиной вог трески на один вог муки) Норвежец: Эта грот дюр. (Это еще слишком дорого.) Русский: Но давай по кают ситте нед со докка лите чай дринком. Икке скаде. (Спускайся же в каюту и попей чаю. Это не повредит.) Норвежец: Эй, рюсьман, купом сейка, треска, тиска и балдуска. (Эй, русский, давай покупай сайду, треску, пикшу и палтус.) Помор: Да, да, моя купом альтсамма. Давай по шип ком (Да, я куплю все. Заходи на судно.) Н.: Басиба! Как твоя мукка? Как твоя группа? (Спасибо! А у тебя есть мука? У тебя есть крупа?) П.: Да, да, моя харь этта. Давай по шип ком, брат, твоя и моя по цай дрикки. (Да, это у меня есть. Заходи на судно, будем чай пить.) Н.: Блаведрю покорна! Как твоя беталом фор сейка? (Большое спасибо! Сколько платишь за сайду?). П.: Пет пудов сейка фор пет пудов мукка (Пять пудов сайды за пять пудов муки). Н.: Нет, брат, этта грота дорогли. Давай твоя продатли биллиар. (Нет, это очень дорого. Продай подешевле.) П.: Как спрек? Моя нет форшто. (Что говоришь? Не понимаю.) Н.: Этта дорогли, грота дорогли рюсьман, прощай. (Это дорого, очень дорого, русский, прощай.) П.: Ну, ницево, давай ситири галь (Ну. ладно, давай за четыре с половиной) Н.: Давай ситири, верригуд. (Давай за четыре, тогда сойдемся.) П.: Нет, брат! куда моя сэлом дешевли? Грота дорогли мукка по Рюсьлан ден орь. (Нет! Куда же дешевле продавать? Очень дорогая мука в России в этом году.) и т. д. На практике потребность в языке исчезла вместе с окончанием свободного передвижения между обеими странами вследствие революции 1917 года. Однако к тому времени потребность в руссенорске и так значительно снизилась. Причиной этого послужил тот факт, что торговля между Россией и Норвегией развилась в нечто большее, чем просто меновая торговля рыбой и мукой, вследствие чего многие норвежцы стали изучать русский язык, а русские - норвежский. ~