НАШИ ДЕРЕВНИ И ЛЕСА НУЖДАЮТСЯ В НАШЕЙ ПОМОЩИ! Агропромышленный комплекс страны в годы Советской влас - пост # 327061

 

Сообщение от: 2014-02-26 14:00:18

НАШИ ДЕРЕВНИ И ЛЕСА НУЖДАЮТСЯ В НАШЕЙ ПОМОЩИ! Агропромышленный комплекс страны в годы Советской власти постоянно был в центре внимания партии и государства. Агропромышленный комплекс давал около 20 процентов объема валового продукта. До 30% прибыли предприятий опосредованго давало сельское хозяйство. Село практически полностью обеспечивало продовольственную безопасность державы. В стране работало около 18 тыс. совхозов и 30 тыс. колхозов, которые являлись основными производителями сельскохозяйственной продукции и обеспечивали государственные закупки зерна, хлопка-сырца, сахарной свеклы, подсолнечника, картофеля, овощей, молока, скота и птицы. По потреблению продуктов питания страна (CCCР) вышла на 5-6 место в мире, фактически достигнув по основным видам продовольствия медицинской нормы. В частности, к 1990 году душевое потребление мяса и мясопродуктов в стране составило около 75 кг, рыбы и рыбопродуктов – 20 кг, молока и молокопродуктов – 390 кг, яиц – 260 штук и т.д. Развитие получили рыбное и лесное хозяйство, обеспечивая страну соответствующими продуктами и товарами. Например, лесная отрасль приносила в государственную казну ежегодно около 30 млрд. долларов. Был создан мощный рыболовецкий флот, работали рыбколхозы и лесхозы, лесничества, обеспечивая рациональное использование водных и лесных богатств и их сохранность. Реформы удушения Сегодня, в результате разрушительных реформ, АПК России находится в глубоком кризисе. Развалена база АПК – коллективные хозяйства. Число коллективных хозяйств снизилось наполовину. Курс власти на фермеризацию села провалился. С принятием антинародного Земельного кодекса, который открыл зеленую улицу частной собственности на землю, началось разграбление основного достояния народа, разрывая по живому традиционный уклад жизни на селе. Земля для государства стала обузой и брошена на рынок, как товар. В результате появилась кучка латифундистов и безработное, нищее, безземельное крестьянство. Действующее земельное законодательство в разной форме разрешает неконтролируемое приобретение и использование земельных участков, позволяет изменять функциональное назначение любой земельной собственности. Земля стала бесхозной. Только 16% земельных угодий закреплены в собственность. Следствиями этого стали самовольный захват, незаконное предоставление и изъятие земель, несанкционированное выведение из сельскохозяйственного оборота, коррупция и другие явления. Самым зловещим следствием несовершенства земельного законодательства является рейдерство. На сегодня при попустительстве власти в руках олигархов, банков, иностранного капитала и просто жуликов уже оказалось около 50% земель сельскохозяйственного назначения. Более 40 млн. га земли заброшено. Земли деградируют без соответствующего ухода и удобрений. Сельская нищета На селе господствуют нищета и безработица. Средняя зарплата в сельском хозяйстве составляет лишь 50% к среднероссийскому уровню. Показатель бедности на селе в 1,6 раза выше, чем в городе. Доля сельчан с доходами в 2 и более раз ниже прожиточного минимума, то есть живущих в нищете, почти в 3 раза больше, чем в городе. Показатель общей сельской безработицы находится на уровне 18%. Скрытая и сезонная безработица, связанная с осенне-зимним перерывом в цикле сельскохозяйственного производства, еще выше. Село вымирает. С лица земли исчезло почти 30 тысяч сельских поселений. Из 117 тысяч сохранившихся деревень в 20 тысячах проживает по 8 и менее человек. Продолжается разрушение инфраструктуры села. В настоящее время по сравнению с 1990 годом уменьшилось в 2 раза число детских дошкольных учреждений, участковых больниц, в 6 раз уменьшилось количество клубов и домов культуры. Продразверстка диспаритета цен Сельское производство задыхается без техники и кадров, от диспаритета цен. Через диспаритет цен из сельского хозяйства ежегодно изымаются суммы, многократно превышающие выделяемые из федерального и региональных бюджетов. Разница в ценах за единицу продукции достигает от 3 до 90 раз. Например, 1 килограмм дизтоплива – 24 рубля, а 1 кг зерна – в среднем 3,5 рубля. До сих пор, несмотря на обращения к президенту и его согласие с нашими доводами, в цене батона хлеба доля крестьянина всего лишь 7-8%, в то время как во всех развитых странах она составляет не менее 50%. При себестоимости кВт электроэнергии в 10 копеек крестьянину электроэнергию продают почти по 3,5 рубля за кВт. Именно поэтому многие хозяйства попали в финансовые тиски, обанкрочены и прекратили свое существование. Ценовой диспаритет связан не только с разницей в ценах на сельскохозяйственную и промышленную продукцию. Неподъемные проценты по банковским кредитам, задержки с выплатой субсидий, задержки платежей за поставленную продукцию, беспредел сетевой торговли, постоянные поборы контролирующих органов – всё это обескровливает отечественных сельхозтоваропроизводителей и для многих из них превращает работу на селе в постоянную борьбу за выживание без надежды на победу. Сегодня закредитованность села достигла практически 1,5 трлн. рублей. Так что у крестьянина вместе с горбом растут только долги. Узаконенный грабеж Крестьянин далеко не всегда имеет свободный доступ на рынок для реализации своей продукции. В стране возникла широко разветвленная сеть посреднических структур, которые блокируют такой доступ, скупают продукцию у товаропроизводителей за бесценок, лишая их стимула к расширенному воспроизводству. Деятельность таких структур государство практически никак не контролирует. Общая схема обворовывания крестьянина остается без изменений: банкуют на селе крупные агрохолдинги и трейдеры-перекупщики. А государство благоволит им через Минфин, Минсельхоз, Россельхознадзор и Россельхозбанк. Из года в год цена на закупаемое у сельхозпроизводителя зерно и мясо сбивается не просто до минимума – ниже себестоимости. Потом всё это попадает на наши прилавки – причем платим мы по «тарифу», в шесть-семь выше закупочного: 600-процентная норма прибыли! Разве это рынок? Нас ждет голод? Сегодня в аграрной экономике производится 4,4% и в пищевой промышленности – 4,5% валового внутреннего продукта России. Пищевая промышленность страны находится в критическом положении. Износ оборудования в отрасли достиг 70-80%, на котором используются технологии еще прошлого века. Валовое производство сельскохозяйственной продукции за годы реформ уменьшилось более чем наполовину. Продовольствия собственного производства не хватает для жизнеобеспечения страны. Россия потеряла продовольственную безопасность. Ежегодно в страну завозится импортного продовольствия на 35-40 млрд. долларов. Самое сложное положение в животноводческой отрасли, где по производству мяса и молока достигнуто лишь порядка 60% к уровню 1990 года. За годы реформ поголовье крупного рогатого скота сократилось с 57 млн. голов (из них 20 млн. голов – коровы) до 21 млн. голов, из них коров осталось всего лишь 9 млн. голов, и эта тенденция сохраняется. В структуре поголовья скота на хозяйства населения приходилось 48,9% поголовья крупного рогатого скота, 36,6% свиней, 50,7% овец и коз. Ситуация усугубилась в связи с жесточайшей засухой, поразившей более двух десятков регионов страны летом текущего 2010 года. Сбор зерна едва составит 50-60 млн. тонн. Явный дефицит зерна потребует дополнительных закупок продуктов питания за рубежом, для чего придется затратить в сумме не менее 50 млрд. долларов. В текущем году в лучшем случае удастся собрать 50-60% кормовых культур. Дефицит кормов может спровоцировать дальнейшее снижение поголовья скота. Стране грозит очередное резкое подорожание основных продуктов питания, что уже наблюдается в розничной сети. Подачки нищему Несмотря на критическое положение в АПК, государство, образно говоря, продолжает держать деревню в черном теле. Из федеральной казны на развитие сельского хозяйства выделяется всего лишь около 1% расходной части бюджета. Если перевести это в цифры, то на развитие села выделено около 27 млрд. рублей. Поддержка АПК со стороны государства в виде федеральных целевых программ (ФЦП) и приоритетного национального проекта скорее только обозначила такую поддержку. К концу срока реализации ФЦП социального обустройства села и повышения плодородия почв их финансирование едва достигло 50%. Что касается приоритетного национального проекта развития АПК, то он практически свернут. В поле с сохой да с лопатой Серьезно подорвана материально-техническая база сельского хозяйства. Стремительно уменьшается техническая оснащенность сельскохозяйственного производства, его энерговооруженность. По сравнению с 1990 годом производство отечественных тракторов сократилось в 15 раз, комбайнов – в 10 раз. В 2009 году, например, всех видов тракторов выпущено чуть больше 15 тысяч шт., а комбайнов – 9 тысяч шт. Ранее действующие предприятия сельхозмашиностроения в городах Таганроге, Орле, Туле, Краснодаре, Люберцах, Рубцовске и других прекратили свое существование. Очень низкий уровень производства тракторов на Владимирском и Волгоградском тракторных заводах, производства комбайнов на знаменитом «Ростсельмаше». Недостаток техники приводит к нарушению технологии работ, агротехнических сроков их проведения и т.д. В 1990 году средняя сезонная нагрузка на один трактор составляла около 45 га, на комбайн – 155 га. Сегодня на селе работает около 400 тысяч тракторов и 95 тысяч комбайнов. Нагрузка на единицу техники соответственно составляет 335 га и 325 га. Большинство этой техники эксплуатируется не менее 15-20 лет. Стоит ли удивляться после этого, что ежегодные потери зерна превышают 20-22 млн. тонн. Обновление техники на селе не превышает 2-2,5% в год. У нас больше выбывает техники, чем поступает. Около 80% техники имеют практически 100% выработанный ресурс. Наука стала обузой В тяжелом положении находится и сельскохозяйственная наука. Ликвидирован ряд ведущих научно-исследовательских институтов, таких как, например, ВИСХОМ, ВНИИКОМЖ, Гипросельхозстрой и т.д., существенно сокращен потенциал оставшихся НИИ. Иногда, создавая новое, мы уничтожаем хорошо работающее старое. Совсем свежий пример, когда для создания научного центра в Сколково уничтожается НИИ, много лет работавший на развитие АПК. Это знаменитая Немчиновка, где созданы десятки высокоурожайных сортов пшеницы и других зерновых культур. НИИ лишают опытных полей с уникальными коллекциями элитных сортов растений. Под угрозой продажи с молотка находятся опытные поля НИИ в Ленинградской, Новосибирской областях, на Дальнем Востоке, в Сочи. Самое страшное, что под нож пускаются уникальные генетические ресурсы страны, имеющие не только общероссийское значение, но и общемировое. Примером тому являются попытки уничтожить генетические ресурсы НИИ им. Вавилова в Ленинградской области. Вот такая странная «модернизация» проводится властью в сельскохозяйственной науке. У нас есть программа возрождения села Мы поддерживаем инициативу президента по модернизации нашей экономики. Больше всего в глубокой модернизации нуждается именно агропромышленный комплекс страны. Наша партия и наша фракция давно настаивают на этом, предлагая свое видение и программу возрождения русской деревни и сельскохозяйственной отрасли в целом. АПК – это сложный организм, и, как всякий больной организм, его нельзя вылечить полумерами или уколами в отдельные части. Лечить надо весь организм. То есть восстановление АПК требует системного подхода. А это значит, что в комплексе должны решаться вопросы законодательной базы, государственной финансовой поддержки отрасли, вопросы организации производства, социальные вопросы, вопросы обеспечения техникой и кадрами. Мы считаем, что должна быть разработана очень серьезная комплексная государственная программа возрождения АПК сроком минимум на 10-15 лет. У нас есть практика составления подобных программ. Именно такой программой была Продовольственная программа СССР. Будущее за крупными хозяйствами Многие страны мира, особенно США и СССР, убедительно доказали, что магистральный путь развития сельского хозяйства – это крупнотоварные специализированные предприятия. В США, например, они дают свыше 80% продовольствия. У нас в стране три формы хозяйствования: 45% продукции мы производим в крупных предприятиях, 45% – в личных мелких подсобных хозяйствах и порядка 10% – крестьянско-фермерские хозяйства. Но основными кормильцами являются и будут являться крупнотоварные сельскохозяйственные предприятия. И нам надо ориентироваться именно на крупные специализированные хозяйства. Именно в таких хозяйствах можно добиться высокой производительности труда, чего сегодня явно недостает в производстве продуктов питания. Производительность труда в крупных сельхозпредприятиях выше, чем в крестьянско-фермерских хозяйствах, в 3 раза, и в 23 раза выше, чем в хозяйствах населения. Как показывает практика западных стран и нашего ближайшего соседа Белоруссии, крупнотоварное эффективное производство возможно организовывать на базе агрогородков. Здесь можно не только организовать производство, но и создать все условия, сопоставимые с современными понятиями о достойном образе жизни человека. Строительство жилья, дорог, создание условий для учебы, спорта, воспитания детей, медицинской помощи – вот что может закрепить на селе кадры, в том числе и молодежь, без чего говорить о возрождении АПК невозможно. Необходимо обратить самое серьезное внимание на возрождение отечественного сельхозмашиностроения. Сегодня более 20 фирм разных стран без всякой сертификации и государственных испытаний поставляют свою технику на российский рынок. Одних только зерноуборочных комбайнов поставляется в страну более 80 моделей, которые между собой не унифицированы. Стоимость каждого зарубежного комбайна в 2-3 раза выше отечественного аналога. Следовательно, себестоимость убранного ими зерна повышается в 1,5-2 раза. Мы должны наладить производство отечественной техники высокого качества с доступной ценой для крестьянина и в необходимом количестве. Для этого пока что сохраняется потенциал, который быстро тает, и прежде всего это касается кадрового потенциала. В кадрах решают всё? Кадровый голод наблюдается и непосредственно в селе. Сегодня только около 50% руководящих работников в сельских хозяйствах имеют высшее образование. Недостает механизаторов, высококвалифицированных специалистов по сельхозмашинам, наладчиков, операторов и т.д. Подготовка по многим специальностям не проводится, и более 90% выпускников сельхозвузов не идут работать в сельское хозяйство. Правительство должно разработать меры, в соответствии с которыми молодые специалисты, получившие образование за счет средств бюджета, обязаны отработать на селе 3-4 года. Да что там говорить о селе, если в самом Минсельхозе среди руководителей высшего звена, начиная с министра, фактически нет специалистов сельского хозяйства. Министр – медик, трое из пяти ее замов также не имеют профильного образования, как и 11 из 16 директоров департаментов. Одним департаментом руководит отставной генерал-майор милиции, другим – выпускник Тамбовского высшего военного авиационного инженерного училища. А во главе департамента мелиорации – выпускник Высшей школы КГБ СССР, 21 год проработавший в госбезопасности, налоговой полиции и службе наркоконтроля. О какой тогда модернизации и возрождении АПК можно говорить? Одним словом, без серьезного государственного вмешательства и поддержки нам АПК не возродить. Варварское истребление леса Критическое положение сложилось и в лесной отрасли. Несмотря на то, что территория России в значительной своей части покрыта лесами, особую озабоченность вызывает варварское отношение к сохранению лесов. Ежегодно рубка производится на 2 млн. га. Восстановительные работы охватывают едва ли 10% этой площади. Россия лишилась не только корабельных дубрав, строго охраняемых при Петре I, но и высокотоварных хвойных лесов, в первую очередь продуктивных сосняков. Экономически доступные лесные ресурсы страны истощены. Границы зоны преобладания мелколиственных и смешанных лесов примерно совпадают с границами транспортно освоенной, относительно густонаселенной и экономически доступной (с точки зрения лесопользования) территории страны. Такая ситуация в лесном хозяйстве сложилась прежде всего из-за отсутствия должного управления лесами, самовольны