Герои России. Роза Шанина - красавица-снайпер из Архангельской области. 3 апреля 1924 года в неболь - пост # 324724

 

Сообщение от: 2014-05-24 16:00:15

Герои России. Роза Шанина - красавица-снайпер из Архангельской области. 3 апреля 1924 года в небольшой советской деревне под названием Едьма в Архангельской области родилась Роза Шанина, заслужившая за свою короткую и героическую жизнь несколько высоких наград и вечную память потомков. Красивая, статная девушка со светлыми волнистыми волосами и огромными голубыми глазами стала одним из самых грозных одиноких снайперов Великой Отечественной Войны. Судить о ее характере сегодня мы можем по воспоминаниям современников и близких, а также отрывкам дневника, который вела сама Шанина, будучи на фронте. Письма с передовой она писала, по большей части своему другу корреспонденту Молчанову, издавшему несколько работ об этой удивительной отважной северянке. Родилась Роза в многодетной советской семье. Отец ее Егор Михайлович работал на лесозаготовках, а мать Анна Алексеевна трудилась дояркой в местном колхозе. Девочка в семье была одна, вместе с ней воспитывались четыре брата Федор, Михаил, Сергей и Марат. Из всех детей лишь Марат вернулся домой с войны. Уже в четырнадцать лет Роза проявила всю силу своего характера и, невзирая на протесты родителей, отправилась учиться в Педагогическое училище в Архангельск. По рассказам биографов, маленькая девочка одна прошагала путь в 200 км, чтобы реализовать свою мечту об учебе. Однако, вероятнее всего, это одно из многочисленных советских преувеличений, которые так часто присутствует при жизнеописаниях героев. После окончания обучения Шанину направили работать в детский сад, который она и защищала от пожаров во время воздушных бомбардировок. В Архангельске жители несли добровольное дежурство на крышах, а возгорания и разрушения от немецких бомб старались немедленно ликвидировать. Действия горожан спасли Архангельск от уничтожения, так как постройки в городе были преимущественно деревянные. В одной из книг, посвященных Шаниной, описывается эпизод с разрушенным кондитерским цехом, в котором молодой воспитатель Роза умоляет несчастных детей не есть расплавленный сахар, перемешанный с грязью и продуктами горения. Война началась, когда будущей девушке-снайперу было всего 17 лет, она сразу явилась в военкомат, чтобы отправиться на передовую в качестве добровольца. Однако девушку на фронт не взяли ввиду ее возраста. После настойчивых требований, слез и уговоров Роза была принята в отряд Всеобуча, а затем прошла подготовку в снайперской школе в Подольске. О характере Шаниной можно судить по отзывам ее архангельской подруги Марии Макаровой. Макарова вспоминает Розу как добрую и отзывчивую девушку, отдавшую в тяжелые голодные годы ей продукты из сострадания. Молодой воспитатель рвалась на войну, все действия были направлены лишь на достижение поставленной цели. Волевой характер Шаниной позволил добиться уважения и на фронте. Из дневника и писем, опубликованного другом Розы корреспондентом Молчановым, можно понять, как сильно горела желанием воевать эта юная и красивая северянка. Сражение с немцами она называла не иначе как месть за павших и замученных соотечественников. 2 апреля 1944 года Роза, достигшая возраста двадцати лет, прибыла в стрелковую 184- ую дивизию. Командование определило Шанину в женский снайперский взвод, задачи которого сводились к поиску и уничтожению отдельных солдат неприятеля, а также его снайперов. Впервые стрелять по живой мишени снайперу Розе пришлось уже 5 апреля 1944 года, рука девушки не дрогнула, и счет мести за павших от руки оккупантов был открыт. Дивизия тогда стояла юго-восточнее Витебска. В дневниках Розы можно встретить записи, датированные серединой лета 1944 года. До того как Шанина начала записывать свои мысли и писать письма Молчанову, она уже заслужила уважение командования своим искусством не только точно стрелять, но и отыскивать позицию врага. Еще со времен снайперской школы она стала известна своим двойным выстрелом или, как называли его на фронте дуплетом. Два точных выстрела Шанина делала на одном дыхании, мгновенно уничтожая сразу две намеченные цели. Командиры отзывались о ней как о лучшем снайпере дивизии, сравнивали с героями. За первый месяц «охоты», как именовали девушки свои задания, на счету Шаниной было уже более десятка убитых фашистов, по некоторым данным их число составляло 17 человек. Общее число уничтоженных фашистов до сих пор не установлено и варьирует от 54 до 75 (в том числе 12 немецких снайперов). Слава о девушке-снайпере распространилась не только в дивизии, публикации о Розе печатались даже в московском журнале «Огонек». Плакаты и газетные статьи с патриотическими лозунгами с фотографией северной красавицы выходили регулярно. 18 июня Шаниной была присвоена ее первая награда — Орден Славы 3-ей степени. Интересен тот факт, что в наградном листе, затертым временем и выполненном на старой печатной машинке, найденном в одном из военных архивов, отчество ефрейтора Шаниной указывается как Георгиевна. Такое противоречие объясним тем, что имена Егор и Георгий в сороковые годы в Союзе считались парными и взаимозаменяемыми. С прорывом пятой армией обороны немцев снайперский женский взвод направляют для отдыха в тыл, что возмущает Шанину. Она с досадой описывает в своих дневниках о вынужденном отстранении от сражений, а затем пытается добиться отправки ее на поле боя. Ценность такого искусного стрелка для армии вполне понятна, поэтому поведение командования было продиктовано более целесообразностью, нежели жалостью к девушке. Особенно интересны записи о самовольных отлучках на передовую и борьбе с командирами за право сражаться на передовой на «законных» основаниях. 8 августа Шанина, возвращаясь с очередной самовольной отлучки, взяла в плен трех здоровых опытных немцев. Понимая, насколько Шанина ценна как снайпер, командиры регулярно отчитывали ее за подобные вылазки, но, наконец, сдались. К 31 августу личный счет Розы достиг 42-х убитых фашистов. 22 сентября Шаниной присваивают Орден Славы 2-ой степени. Роза стала первой девушкой, получившей такую награду сразу 2 и 3 степеней. Буквально за месяц до своей смерти наградили Шанину и медалью «За отвагу». 13 декабря Розу ранило пулей в плечо, в своем дневнике она рассказывала, что практически не ощущала боли и досадовала на необходимость покинуть передовую. К известности Шанина относилась весьма сдержанно, что видно из ее рассуждений. Например, в записи от 13 декабря она недоумевает преувеличениям и вниманию к ее персоне на сборе снайперов армии. Свои заслуги она считает лишь той долей участия, которую должен вложить каждый гражданин страны в освобождение от оккупантов. Героем себя Роза так и не признала, хотя считала таковыми своих погибших и раненых подруг. В январе 1945-го записи в дневнике приобретают грустный оттенок, в одном из последних писем Шанина просит переслать написанное матери в случае ее смерти. В это время она участвует в ожесточенных боях на территории Восточной Пруссии, видит, как целыми батальона выкашивают осатаневшие фашисты русских солдат. Предчувствие не обмануло храбрую северянку, неприятельская пуля настигла ее 28 января 1945 года на третьем километре от деревни Ильмсфдорф. Еще живую девушку доставили в госпиталь, однако ранение оказалось смертельным, она скончалась, не дожив до приезда своего друга по переписке Молчанова. Строки дневника передают не только удивительное стремление отомстить за родную землю, есть здесь и истинно женские мысли и переживания. Например, запись от 10 октября звучит как-то особенно по-девичьи. Роза сетует на отсутствие у нее близкого друга, рассказывает о странных снах, преследующих ее в последнее время. В дальнейшем в дневнике упоминается фамилия некоего Николая, хотя вскоре Шанина написала о расставании с этим человеком. Судя по редким замечаниям девушки, никаких отношений с этим парнем, так и не установилось. Роза, сама признается в своих письмах, что хотела любить, она искала лишь того единственного, но найти его не успела. На родине гордились Розой и ее фронтовыми успехами, на доске почета Архангельского обкома комсомола висела ее фотография. Простота в общении, живая искорка в глазах и открытая улыбка делали Шанину намного красивее, чем те изображения на фото, которые остались после ее смерти. Молодая девушка из северной деревни стала символом Отечественной войны. С ее именем связано множество историй и легенд, которые вдохновляли новых героев на славные подвиги. Памяти Розы Шаниной посвящены такие произведения как «Вернусь после боя» автора Журавлева, и «Жажда боя» Молчанова, а также их совместная творческая работа под названием «Подснежники на минном поле». В произведениях присутствуют неточности, многие из персонажей являются собирательными и несут в себе черты сразу нескольких прототипов. Тем не менее, общие сведения о судьбе и характеры Розы Шаниной творчество этих авторов передает достаточно точно. Старшего сержанта Шанину сначала похоронили на берегу реки с названием Лава, в пятой по счету могиле по направлению к Новобобруйску (бывшая Ильмсфдорф). Позднее останки Розы Шаниной были перезахоронены в поселке Знаменск Калининградской области.Я решил разместить эту статью после того, как прочел отрывки из писем и дневника снайпера Розы Шаниной. Чем больше я читал и узнавал о ней, тем больше проникался уважением. Прирожденный воин и настоящий Человек, с большой буквы. Тогда трусы и пораженцы сбегали при первой же возможности в тыл, а такие герои как Роза Шанина рвались в бой, ходили в атаки, в разведку, в рукопашную. Благодаря именно таким бойцам мы победили в той войне. Они навсегда останутся в нашей памяти. П. Молчанов, бывший редактор газеты 5-й армии «Уничтожим врага!» о Розе Шаниной: «9 июня 1944 года на первой полосе нашей армейской газеты «Уничтожим врага!» был напечатан портрет. Под портретом текст: «Бойцам и офицерам Н-ской части хорошо известно имя девушки-снайпера Розы Шаниной. Бывшая воспитательница детского садика, студентка Архангельского педучилища, сейчас она стала грозным и беспощадным истребителем гитлеровских оккупантов. Одной из первых среди девушек-снайперов Роза Шанина удостоена высшей солдатской награды - ордена Славы». Ни одно слово здесь не было преувеличением. Розу действительно знали все, а в полку, в котором служила Шанина, о ее храбрости ходили легенды. В жизни Роза была красивее, чем вышла на той газетной фотографии. Ростом выше среднего, русоволосая, голубоглазая. Говор протяжный, архангельский, с нажимом на «о». Родом она была из глухой северной деревушки. Не особенно разговорчивая, но рассердится - за словом в карман не полезет. В 14 лет, решив учиться, наперекор воле родителей она ушла из дому и, прошагав 200 километров по тайге до железной дороги, приехала в Архангельск. Поступила в педагогический техникум. А когда началась война, пошла в военкомат проситься на фронт. Отказали: ей было всего шестнадцать. Роза вступила в отряд всеобуча, но не проходило недели, чтобы не зашла она в военкомат. Снова и снова, испробовав, казалось, уже все методы: и убеждения, и уговоры, и слезы, доказывала, что место ее только на фронте. В военкомате, поразившись ее настойчивости, наконец сдались и направили Розу в Центральную женскую снайперскую школу в Подольске. Школу она закончила с отличием и поступила добровольцем на фронт. Первый выстрел Розы прозвучал 5 апреля 1944 года юго-восточнее Витебска. Он был точен. А через месяц на ее счету было 17 уничтоженных фашистов. 22 июня 1944 года наша 5-я армия сокрушительным и внезапным для врага ударом юго-восточнее Витебска смяла его оборону. В прорыв вошли танки, за танками стремительно двинулись стрелковые дивизии. Теперь наши снайперы, раньше игравшие одну из главных ролей, должны были уйти в пределы второго эшелона. Да и устали порядком девушки за полтора месяца работы на переднем крае. Им было приказано максимально использовать для отдыха любые привалы и ни в коем случае не подключаться к боевым действиям наступавшей пехоты. Роза была недовольна, что придется шагать в тылах, и решила добиться направления стрелком в батальон или в разведроту. Но командир 144-й дивизии отказал ей наотрез: «Успеешь еще, навоюешься». Девушка встала: «Товарищ генерал, разрешите обратиться к командующему». Удивился генерал, но разрешил, рассчитывая, что вряд ли хватит у нее смелости обратиться к самому командарму, так и успокоится. На следующий же день Роза поехала в штаб армии, пробилась на прием к командующему армией генералу Н. И. Крылову. Быстро-быстро все выложила, стоит и умоляющими глазами на него смотрит. Тоненькая, совсем еще юная. Командующему не хотелось, чтобы сейчас, когда не было в том острой необходимости, девушка находилась на переднем крае. Но как отказать? Ведь она, солдат, набралась решимости обратиться к нему. Видно, деле-устремленности и характера ей не занимать. А отказ может понять как неверие в ее силы, ущемление патриотического достоинства. Обычную человеческую жалость наверняка воспримет как оскорбление. Ну как тут отказать?... С этого дня Розу можно было встретить только на переднем крае. В печати то и дело появлялись портреты Розы Шаниной и рассказы о ее невероятной смелости поступках. Причем не только в наших армейских газетах, но и в журналах, которые издавались в Москве, например в «Огоньке». «...30 января 1945 года мне сообщили, что Роза тяжело ранена в бою. Рана оказалась смертельной. Когда я добрался до госпиталя, Розу уже похоронили. Среди ее личных вещей лежал фронтовой дневник - три толстые записные книжки. И если я его взял себе, то только потому, что по земляческой дружбе она доверяла мне многие личные тайны. Мы часто виделись, и с конца июля 1944 года, приблизительно за полгода, я получил от Розы Шаниной 16 писем. Эти письма и дневник скажут сами за себя». Из писем 29 июля 1944 года Передайте, пожалуйста, по назначению и посодействуйте мне. Если бы Вы знали, как мне страстно хочется быть вместе с бойцами на самом переднем крае и уничтожать гитлеровцев. И вот, представьте, вместо передовой - в тылу. А недавно мы потеряли еще четырех черными и одна красная очень (черные – убитые, красные – раненные). Хочу мстить за них. Прошу Вас, поговорите с кем следует, хотя знаю, что Вы очень заняты. 8 августа Я недавно ушла в самоволку. Случайно отстала от роты на переправе. И не стала искать ее. Добрые люди сказали, что из тыла отлучаться на передний край не есть преступление. А я знала, что наша учебная рота не пойдет в наступление, а поплетется сзади. Мне же нужно быть на передовой, увидеть своими глазами, какая она, настоящая война. И потом, как было искать свою роту? Кругом, по лесам и болотам шатались немцы. Одной ходить опасно. Я и пошла за батальоном, который направлялся на передовую, и в этот же день побывала в бою. Рядом со мной гибли люди. Я стреляла, и удачно. А после троих взяла в плен... здоровых таких фашистов. Я счастлива! Хотя за самоволку меня отчитали, даже получила комсомольское взыскание - поставили на вид. Из дневника 12 августа Командир не разрешил идти дальше с его батальоном. Сказал: «Возвращайся, девочка, в тыл». Куда идти? Светает. Вижу, вдали маячит часовой. Но чей? По ржи подползла поближе. Наши! Спят, усталые, после боя. И часовой дремлет стоя. Напугала его. Он расспросил, кто я и зачем пришла. Посоветовал отдохнуть. Но тут передали по цепи, что ожидается немецкая контратака. Где уж тут спать. Заняла ячейку. Вскоре увидела метрах в ста немецкие танки с десантом. Тут ударила наша артиллерия. Стреляла и я по десантникам. Один немецкий танк прорвался на наши позиции. Рядом со мною, в нескольких метрах, раздавлены гусеницами танка старший лейтенант и боец. Тут у меня заклинило затвор. Села, устранила неполадку и снова стреляю. Вот прямо на меня пошел танк. Метрах в десяти уже. Ощупала ремень, где должны быть гранаты. Как назло, их не оказалось. Видимо, растеряла, когда ползла по ржи. Присела. Танк прошел мимо. Еще немного, и танки нарвались на плотный огонь «катюш». Повернули обратно. А многие так и остались на месте. Я стреляла по фашистам, вылезавшим из подбитых машин. После боя увидела, сколько за день было убито и ранено. Стало жутко. Но взяла себя в руки. Ясно дело - надо драться, мстить за погибших товарищей. Немного отдохнула и пошла искать наш женский взвод, упрятанный где-то в тылу. Вышла на дорогу. Случайно вз