РУССКИЙ МЕНТАЛИТЕТ И ЕГО ОТРАЖЕНИЕ В ЯЗЫКЕ, ИЛИ ПОЧЕМУ ЗАПАД НИКОГДА НАС НЕ ПОЙМЁТ... «Язык народ - пост # 308086

 

Сообщение от: 2016-12-06 07:00:11

РУССКИЙ МЕНТАЛИТЕТ И ЕГО ОТРАЖЕНИЕ В ЯЗЫКЕ, ИЛИ ПОЧЕМУ ЗАПАД НИКОГДА НАС НЕ ПОЙМЁТ... «Язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык, и трудно представить себе что-либо более тождественное» В. фон Гумбольдт. "Миры, в которых живут различные общества, – это разные миры, а вовсе не один и тот же мир с различными навешанны-ми на него ярлыками" Э.Сепир Вчера болтала по телефону с подругой - преподавателем итальянского и французского языков, а также русского для итальянцев. В какой-то момент зашёл разговор о риторике Запада в свете последних между-народных событий. Послушай сказала мне она : « Ну посуди сама, все эти романские языки очень простые, поэтому и мышление у их носителей простое . Они никогда не смогут нас понять». Насколько просты европейские языки анализировать не берусь,хотя и имею представление о французском, итальянском и английском. Но то, что для иностранцев русский очень труден для изучения- это факт. Сложность русской морфологии,изменяемость слова или иными словами грамматическая оформлен-ность слов окончаниями для иностранцев это же ужас ужасный. Окончания выражают падеж и число имен существительных, согласование прилагательных, причастий и порядковых числительных в словосочетаниях, лицо и число глаголов настоящего и будущего времени, род и число глаголов прошедшего времени. Русские люди этого, конечно, не замечают, т. к. для нас естественно и просто говорить то ЗЕМЛЯ, то ЗЕМЛИ, то ЗЕМЛЕ – в зависимости от роли слова в предложении, от связи его с другими словами, но для носителей языков другой системы – это непривычно и трудно. Как например англичанин скажет домик , домище, домина ? Просто маленький дом( little house) и большой дом ( big house ). То есть мы можем сказать как англичане маленький или большой дом, а англи-чане воскликнуть «какой домик, домина или домище» не могут. Возьмём любой русский глагол - тоже головная боль для иностранца : Говорить: заговорить, пого-ворить, проговорить, уговорить, отговорить, выговорить, наговорить, подговорить, приговорить, пере-говорить, обговорить, договорить, разговорить или плакать: поплакать, заплакать, проплакать, выпла-кать, отплакать, оплакать, наплакать, всплакнуть и т.д.). Это многообразие глагольных образований возрастает с привлечением суффиксальных и постфиксальных средств языка: разговориться, договорить-ся, проговориться, проговариваться, приговаривать, подговаривать, наговориться; выплакивать, попла-кивать, поплакаться, наплакаться, выплакаться, расплакаться, отплакивать, всплакивать и т. д.». Ну как тут бедному иноземцу не схватиться за голову. Вот разве на французском , английском, или немецком можно составить целый рассказ из одних только глаголов ? Кто тут у нас на АШ из Англии, Германии, Франции ? Попробуйте. Я уверена , не получится. А в русском? Да запросто. Очнулась. Взглянула. Обомлела — проспала! Вскочила, стала будить. Буркнул, отвернулся. Растолкала, подняла. Кинулась разогревать, накрывать, накручиваться... Позвала. Молчит. Заглянула — накрылся, храпит. Пощекотала. Лягнул. Рявкнула! Замычал, поднялся, поплёлся... Опоздаю!! Выскочила, помчалась. Отходит! Догнала, уцепилась, повисла. Доехала. Спрыгнула. Звенит! Побежала, ворвалась, отпихнула, проскочила. Отлегло! Поднялась. Уселась. Вскочила, позвонила, напомнила погасить, выключить, причесать, застегнуть, обуть... Бросил. Разложилась, начала работать. Шепчутся... Прислушалась — завезли, расфасовывают, будут давать! Отпросилась, вернулась, про-должила трудиться. Спохватилась, выбежала. Влетела: занимала — отошла! Не пускают. Пристыдила, объяснила, доби-лась — обхамили. Стоять — не пообедаешь. Встала. Движется! Приободрилась. Подошла. Кричат: не выбивать! Кончилось!! Рыдать хочется. Возмутилась. Обозвали. Поплелась. Поднажала. Помчалась. Прибежала. Плюхнулась, отдышалась. Позвонила. Говорит, задержится. Зашиваются, авралят — врёт! Выскочила. Забежала, обула, одела, потащила. Ласкается, обнимает, подлизывается... Выясняется: полез, опрокинул, разбил! Шлёпнула. Орёт, обзывается. Говорить не умеет — выра-жаться научился! Придётся отучать. Пришли. Раздела, умыла, вскипятила, отшлёпала, остудила, накормила, прополоскала, отняла, выклю-чила, наказала, почистила, рассказала, протёрла, переодела, подмела, спела, уложила... Присела. Забеспокоилась. Позвонила. Узнала — ушёл, не задерживался! Обнаглел!! Распоясался! Разведусь! Сдёрнула, швырнула, легла. Вскочила. Начала обзванивать. Не был... не заходил... не появлялся... не приводили... не привозили. Сло-мал? Попал?! Спутался?! Разбился?! Явился... Ухмыляется! Размахнулась... Не успела — упал. Подтащила, стянула, взвалила. Ушла, уткнулась, разрыдалась. Заплакал... Подбежала, пощупала, подняла, переодела, укутала, подоткнула, застирала, повесила. Легла. Вскочила, накрутилась. Постояла. Поглядела. Вздохнула. Укрыла. Завела. Выключила. Отключилась. А как какому-нибудь чужеземцу объяснить русские оксюмороны ( сочетания противоположных по значению слов) : «Да нет, наверное», »руки не доходят», «ужасно красивая», «безмолвный крик», «красноречивое мол-чание», «старый новый год», «живой труп».... Русский язык вообще очень богат и выразителен, в нем много слов с переносным значением, метафор и аллегорий. Иностранцы часто не могут понять выражения типа «волчий аппетит», «золотое сердце» и т.д. В русском языке распространены сложные предложения, с множеством деепричастных и причастных оборотов, однородных членов предложения. Отсюда – сложная пунктуация, которую не всегда могут «одолеть» и носители языка. И в самом построении предложений у нас намого больше свободы чем у европейцев. У них там всё строго. Местоимение (подлежащее) должно стоять на первом месте месте, а сказуемое за ним,и не дай бог определение не туда засунуть. А что мы ? А нам всё равно . «Я пошёл в библиотеку районную», «Пошёл я в районную библиотеку» или « В районную библиотеку пошёл я». В английском языке например в предложении обязательно присутствуют оба главных члена - подле-жащее и сказуемое. А мы что? А нам всё равно. В русском же языке предложение может быть без сказуемого или без под-лежащего. Как там у Фета стихотворение без единого глагола, слабо англичане ? Шепот, робкое дыханье, Трели соловья, Серебро и колыханье Сонного ручья, Свет ночной, ночные тени, Тени без конца Ряд волшебных изменений Милого лица, В дымных тучках пурпур розы, Отблеск янтаря, И лобзания, и слезы, И заря, заря!.. А известный анекдот про рассказ в котором все слова начинаются на одну букву? На каком ещё евро-пейском языке это возможно ? "Петр Петрович Пронский получил по почте письмо, полное приятных пожеланий. "Приезжайте по-скорей! - писала прелестная Полина Павловна Перепелкина. - Побродить по парку, послушать пение пер-натых пташек, подразнить папашиного попугая." Петр поспешил по приглашению. Павловский поезд примчал последнего. Пока Петр Петрович приду-мал признание Полиночке, прошелся парком, постучался под парадным подъездом. Пикантная прислуга попросила подождать Петра Петровича. - Проходите, проходите! - пролепетала Полина Павловна, показывая путь Петру Петровичу. - Позна-комьтесь. - Петр Петрович. - Папаша, - пробасил папаша. Пока Петр Петрович пересказывал последние петербургские происшествия, Полиночка пошла пере-одеться. Переодевшись, попросила Петра Петровича покушать. - Петр Петрович, покушайте. - Петр Петрович, пирожные, пикули, пирожки. Полиночка приготовляла! Петр Петрович, полынной? Померанцевой? - Пожалуй, полынной, покрепче. Приоткрылось парадное. Появился плешивенький племянничек. - Позвольте присовокупиться? - Проходи! Проходи! Поминутно подливая, Петр постепенно пьянел. Подметив подобное, Полина Павловна порешила при-держать Петра Петровича. - Петр Петрович, пойдем погуляем? - Пожалуй, пойдем. - Петр Петрович! Полынной!! Померанцевой!!! По-видимому, попытка папаши провалилась. Прошли парком, послушали пение пернатых пташек, подразнили папашиного попугая. Притомившись, Полиночка промолвила: - Петр Петрович, присядем. - Пожалуй, посидим. Полиночка присела, Петр Петрович подвинулся, Полиночка прижалась, послышался первый пламен-ный поцелуй. - Попьем! Попляшем! Попируем! - прокричал папаша, подкрадываясь под прикрытием поросли. "Поженит, пожалуй," - подумал Петр, привставая. Проклиная потчевания пикулями, пирожными, Петр по павловскому пути прошел пешком. Папаша порешил проучить Петра Петровича. Подал прошение прокурору. По прошествии полгода Петр получил повестку. Почтеннейшей публике предлагается призадуматься по поводу подобных происшествий..." А как там у Запада с душевностью дела обстоят? Вот как ты скажешь дочка,доченька, дочурка, дочеч-ка по французски? Да никак. Во французском есть слово fille (фий) что означает и девочку и девушку. Ес-ли вы скажете ma fille ( моя девочка)- это будет означать моя дочь, если вы хотите сказать моя дочка( в значении маленькая ещё), то вам надо тупо добавить слово маленькая, ma petite fille (моя маленькая девоч-ка). Предположим теперь что» вашу маленькую девочку», дочь то есть, зовут Анастасия , по французски Anastasie. Как французу уменьшительно ласково называть свою Анастасию. Да никак. Анастасия она и есть Анастасия. Что же на русском : Настя, Настенька, Настюша, Настена, Наська, Ася, Асенька, Ната, Наточка, Натушка. Ну в общем всё вышенаписанное – это рассуждения дилетантки, не имеющей никакого отношения к лингвистике. А что всё-таки по поводу связи языка с национальным менталитетом говорят учёные мужи ? «Целостный лингвофилософский подход к проблеме связи мира, языка и народа впервые в истории науки был заложен великим немецким лингвистом В. фон Гумбольдтом (1767–1835). Гениальные прозре-ния этого ученого во многом опередили свое время и только во 2-й половине XX в. обрели новую жизнь, хотя и до этого гумбольдтовская традиция в науке о языке, конечно же, не прерывалась. По сути, В. фон Гумбольдт явился основателем современного общего языкознания и философии языка. Основой лингвистической философии В. фон Гумбольдта стала идея о том, что язык – живая деятель-ность человеческого духа, единая энергия народа, исходящая из глубин человеческого существа и прони-зывающая собой все его бытие В. фон Гумбольдт отстаивает мысль о единстве языка и «духа народа»: «Язык и духовная сила народа развиваются не отдельно друг от друга и последовательно один за другой, а составляют исключительно и нераздельно одно и то же действие интеллектуальной способности». Широкую известность приобрел тезис В. фон Гумбольдта о том, что «язык народа есть его дух, и дух народа есть его язык, и трудно представить себе что-либо более тождественное». Именно на этом основании В. фон Гумбольдт полагает, что представления человека о мире зависят от того, на каком языке он мыслит. «Духовная энергия» родного языка как бы определяет ракурс народ-ного мировидения, создавая тем самым особую позицию в видении мира. Несколько размытое понятие «дух народа» у В. фон Гумбольдта некоторым образом коррелирует с центральным понятием – понятием «языковой менталитет». Учение Гумбольдта настолько глубоко и многогранно, настолько богато идеями, что его многочислен-ные последователи развивают разные стороны гумбольдтовского наследия, строя свои, оригинальные кон-цепции, как бы овеянные гением великого немецкого ученого. Так, говоря о европейском неогумбольдтианстве, нельзя не упомянуть такого крупнейшего немецкого лингвиста, как Йохан-Лео Вайсгербер (1899–1985). Развивая идеи Гумбольдта об определяющей роли язы-ка в мировидении этноса в книге «Родной язык и формирование духа» (1929) и др., Й. – Л. Вайсгербер, видимо, был одним из первых, кто ввел в научный арсенал гуманитариев понятие «языковая картина мира» (Weltbild der Sprache): «Словарный запас конкретного языка включает в целом вместе с совокупностью языковых знаков также и совокупность понятийных мыслительных средств, которыми располагает языковое сообщество; и по мере того, как каждый носитель языка изучает этот словарь, все члены языкового сообщества овладевают этими мыслительными средствами; в этом смысле можно сказать, что возможность родного языка состоит в том, что он содержит в своих понятиях определенную картину мира и передает ее всем членам языкового сообщества». На этой основе он формулирует своеобразный закон родного языка, согласно которому «родной язык создает основу для общения в виде выработки сходного у всех его носителей образа мышления. При-чем и представление о мире, и образ мышления – результаты идущего в языке постоянно процесса миросозидания, познания мира специфическими средствами данного языка в данном языковом со-обществе». При этом «изучение языка одновременно означает усвоение понятий, которыми пользуется интеллект, прибегая к языку». Новый этап в развитии представлений о языковой обусловленности мировидения народа в истории гуманитарного знания связан со знаменитой «теорией лингвистической относительности», основоположниками которой считаются американские лингвисты Эдвард Сепир (1884–1939) и Бенджамен Ли Уорф (1897–1941), ученик и последователь Э. Сепира. В своей работе «Статус лингвистики как науки» Э. Сепир высказывает идеи, ставшие непосредствен-ным источником сформулированного впоследствии Б.Л. Уорфом «принципа лингвистической относительности»: «Люди живут не только в материальном мире и не только в мире социальном, как это принято думать: в значительной степени они все находятся и во власти того конкретного языка, который стал средством выражения в данном обществе. Он полагал, что действительности «реальный мир» в значительной мере неосознанно строится на ос-нове языковых привычек той или иной социальной группы. <…>. Миры, в которых живут различные общества, – это разные миры, а вовсе не один и тот же мир с различными навешанными на него яр-лыками [Сепир 1993: 261].» «Для русской души очень важно состояние. Внимание к внутреннему миру человека, к его радо-стям, переживаниям не могло не найти отражения в языке. Это отмечается и Анной Вежбицкой в книге 'Семантика грамматики'. По ее мнению, такая отличительная черта русского характера, как сосредоточенность на состоянии души и чувств находит свое отражение в языке как в обилии глаголов, называющих различные эмоциональные состояния, так и варьировании синтаксических конструкций типа: Он веселится - Ему весело; Он грустит -Ему грустно.' Еще В. В. Виноградов в свое время увидел в грамматической системе русского языка особую категорию, которую он так и предложил назвать 'Категория состояния', обосновав ее как грамматическую на основании особой семантики и синтаксической функции сказуемого в предложении. ( Девочкам скучно; Во рту горько; Мне сегодня лень; Ему стыдно; В комнате уютно; На улице жарко и т.д» Источник: https://aftershock.news/?q=node/449221


Документ: Русский менталитет и его отражение в языке ,или почему Запад никогда нас не поймёт.doc
Ссылка: Русский менталитет и его отражение в языке ,или почему Запад никогда нас не поймёт (parhonf)