✅ ПОП И СТАРЕЦ Жил-был поп. Работник был у попа и дочерь. Вот поп с попадьей повалятся спать в к - пост # 286328

 

Сообщение от: 2021-12-25 17:00:00

✅ ПОП И СТАРЕЦ Жил-был поп. Работник был у попа и дочерь. Вот поп с попадьей повалятся спать в клети, а работник на повети, и все у них сметана теряется. Ввечеру полный горшок, а утром хоть дно лижи. А это работник как спать завалится, возьмет краюху хле152 ба да в сметану макает. Вот поп и стал замечать эту неприятность. — Что это, — говорит, — у нас сметана теряется? Работник ле ест, или дочь ест? А работник хитрый. Взял в клети икону Миколы святого и все губы и лоб сметаной смазал. Поп увидел и говорит: — Вот я на работника думал, а вот кто мою сметану ест. Хватил икону и разбил икону ту Ну, что делать? Он и испугался. — Надо, — говорит, — мне итти отсюда. А то я Миколу- угодника изобидел, он мне теперь хорошей жизни не даст. Вот он ночью взял кошель и попер. Шагал далече ле близко, высоко ле низко, и встретил старичка седенького. Пошли дальше вместе. Вот приходят в одно село, все спят. Вот видят на краю до- мичек, горит огонек. Они и заколотились в избу. А их не пускают. — У нас, — говорят, — больной есть, стонет, кричит, посторонним нельзя итти. — Ну, — старичок говорит, — я, может, еще и помочь могу Я его исцелю. — А как ты его исцелить можешь? Ну, старик попросил бочку чистую и пбртна, разрезал больного-то на кусочки, вымыл, в бочку склал, вынул из кор- мана сулейку и те куски полил. Тот и выстал из бочки здоровехонек. Ну, ему много денег дали, а попу стало завидно. Думает, что он теперь сам научился такое чудо сотворить. Он старичку и говорит: — Иди ты, батя, куда хошь, а я, давай, пойду своей дорогой. И пошел. Шагал-шагал, пришагал в дом один, а там больной лежит, кричит. Поп заколотился в дверь. — Я, — говорит, — его исцелить могу. Его и пустили. Он заходит в комнату, не помолился богу, взял бочку да пбртна и разрезал того хворого на клоки, склал, из сулейки воды полил. Мазал, мазал — не шевелится. Как тут быть? Куда удирать? А тут седенький старичок в избу вошол. — Ну, что, управился? Эх, ты, — говорит. Взял все клоки, перемыл, переложил, из своей сулейки полил, больной выстал. Ну, и много дали денег. Ну, пошагали дальше. Сели они закусывать, а у попа закусывать скудно, а у старичка три просфоры. Он одну сам съел, другу попу отдал. Да вдруг оборотился, а поп у етого старика просворку ту скрал и съел. Вот старик и спрашивает: — Не ты ле мою просворку съел? — Что ты, что ты, я не ел. Ну, пошагали дальше. Вот до речки дошли. Старик броду не ищет, а стал по воде походить, и идет, как по земли. И поп пошол по воде и стал тонуть и по горло засел, захлебывается. Ну, старик с бережку и спрашивает: — А не ты ле, поп, мою просворку съел? Тому впору ко дну итти, а он кричит: — Не я, не я! Ну старик ему руку подал и вытащил. Вошли они в лесок. Стал старик-то золото делить, что за исцеленье получили. Раскладает на три кучки. А поп говорит: — Ты зачем на три кучи кладешь? Нас ведь два товарища работали? — Третья куча тому, кто просвирку съел. А поп жадный и кричит: — Это я, я самый просвирку съел! Старик рассмеялся. — Ну, иди, поп, домой. Службу служи да богу молись, от жадности избавляйся. А что ты мою икону разбил, то ты худо сделал. Это и был Микола святой.