✅ ЖЕНИХИ Жил-был купец богатый. Были у него три дочери. Первая на ногу крива, вторая на руку кри - пост # 284827

 

Сообщение от: 2022-05-02 17:00:00

✅ ЖЕНИХИ Жил-был купец богатый. Были у него три дочери. Первая на ногу крива, вторая на руку крива, третья раскрасавица, кто не взглянет, умом повянет. А кругом села были глубокие леса. Вот сидят девицы у окошечка. Вдруг стук-гром, поезд молодцов едет.На каурых лошадях, на гнедых жеребцах. Молодцы — рослые, красивые. Один в одного. Голос в голос и волос в волос. Синие кафтаны, красные пояса. За старшей отец давал три тысячи, за средней две тысячи, а за младшей двести рублей. Потому те обе незавидные, а младшая и красивая и работная. Ну, наехали молодцы на купеческий двор. Они на младшую не глядят и на среднюю не глядят, старшую взамуж берут. Эта старшая зарадовалась. Они ее просватали, наложили полны подводы товару, добра, да денег. Отец спрашивает: — Когда, молодые, в гости будете? — А в межговенье. — А где ваш дом стоит? — За три села, высока гора, наш двор издаля виден. А младшая и глядит, что у братьев у кого пальца нет, у кого уха нет, будто на войне рублены. Ну, они уехали. Долго ли, коротко ли, приходит и межговенье, а молодых в гости нет. Вдруг наехали тридцать девять братьев в красных кафтанах, в синих поясах. Стали среднюю дочь взамуж брать. — А когда же молодые в гости будут? — А в великий пост. Ну они среднюю срядили. Добра всякого навалили полны возы. И стали пировать. А младшая девушка и думает: — Что это они берут кривых при деньгах, а на меня не смотрят? Что это сестра в межговенье не пригостилась, да и вести не дает? Что это за двор у них? Ну и скоро-наскоро села в таратайку и поехала. Пока они угощались-напивались, переехала она три села, видит стоит высокая гора. А на той горе ни кола, ни двора. Три сосны стоят, да каменья. Ну, значит, все как есть обман. Она скорей домой поехала. Тут идет старая старушка. — Садись, бабушка, ноги не труди. — Ты откуда, девушка? — Так и так, ездила на гору женихов двор смотреть, а там ни кола ни двора. — А эти-то мне племянники. У них, девушка, дом в зеленом лесу. От вашего села тридцать три версты, в правую руку, третья дорожка, по дорожке сизая птичка поскакивает. Вот приехала девушка домой. А там уже молодые поезжа- ют. Она побежала, да в постелю и запряталась. Они и поехали. Она на возке лежит, под постелью дрожит, еле дышит. Ну, едут они тридцать три версты, свернули в праву дорожку. На дорожке птичка поскакивает: — Девка, не езди, девка, не езди! Невеста спрашивает: — Что-то птичка попискивает? — А так писцит. Заиграйте, братцы, в гармонь. Они и заиграли. А птичка: — Девка, не езди, девка, не езди! Они пуще играть. Тут уж птичка громче пищит: — Девка, не езди, девка, не езди! — Ишь какая, музыке мешает! Взял разбойник и убил птицу камнем. Ну доехали до двора. Двор забором загорожен, из щелей ружья торчат, на воротах замки висят. Собаки злые на цепях бегают. Пошли все в горницы. И постелю понесли — в угол горницы свалили. Лежит девушка и глядит. Горница богатая, в серебре, жемчугом шитая, а дух, запах то есть, нехороший такой. И молодая за стол села, голову повесила. Ну жених и говорит: — Две тысячи в сундуки кладите, а хозяйке дом покажите. Те открыли сундуки, а там золота, серебра, жемчуга... Ну они туда деньги ссыпали. Открыли двери в другую комнату, невеста так на пол и пала: вся комната кровью залита, всюду руки-ноги человечьи, на переднем столбце старшая сестра виснится. — Ну, — говорит жених, — снимай платье дорогое, чтобы не замарать, и тебе туда же итти. Ну они с нее платье, крест, обувь все сняли. Принесли топор. А сестра лежит ни жива — ни мертва. Невеста и охнуть не успела, они ей голову срубили. — Тащи, Тишка, в подвал. — Стой, братцы, а кольцо на ней обручальное. Стали кольцо снимать, а оно и не идет — захолодела рука. — Бей, Тишка, с пальцем. Тот тюкнул, да палец отлетел и прямо к девушке в постелю. Тот туда — сюда, давай искать — нет нигде. — Ну, спать пора, завтра в свете найдем, все свои ведь. И легли спать. Только они захрапели, она и выбралась. А они по всей горнице развалились, пройти нельзя. Она через одного перескочила, через другого перескочила, через всех перескочила, дверь открыла и выбежала. А дверь и скрипни. Они и кликают: — Ванька ты? Санька ты? Сашка ты? Пашка ты?.. Все тридцать девять на местах. — Кто-то у нас чужой побывал, в дверь вышел. Нать в погоню итти. Схватились и поехали. А она бежит, палец сестрин в кармане держит. Добежала до росстани — не знает куда итти, а гром-шум слышен — разбойники едут. Она туда — сюда... А тут птичка закричала: — Девка, влево, девка, влево. Она и побежала влево. Бежит, бежит — погоня близко. Утро стало. Вот едет черепан: — Дяденька, дяденька, спрячь меня под горшки. — Садись. Она и залезла под горшки. Налетели разбойники: — Черепан, не видал ли беглую девку? — Не видал. Они давай горшки бить. Били-били — полсотни перебили, Черепан и говорит: — Что вы меня разоряете? Я вам худого не сделал, а у меня дети голодом сидят. Они и не стали бить. — Где-то мы ее сзади потеряли. Поехали назад. Она из-под горшков вылезла и дале побежала. Бежала, бежала — погоня близко. Едет мужик, везет коробья. — Дяденька, дяденька, спрячь меня. — Садись. Разбойники наехали: — Не видал ли беглую девку? — Не видал. Они стали коробья ломать. Ломали, ломали, сто штук сломали, ее не нашли. Мужик говорит: — Что вы коробья ломаете? У меня дети с голоду помрут. Они и бросили ломать. И поехали. А она выскочила и побежала. Вдруг увидела тропочку, и птичка кричит: — Девка, на тропку, девка, на тропку! - А она по этой тропке и домой добралась. Ну великий пост приходит, сестра в гости не едет. А наехали тридцать восемь разбойников в черных кафтанах красавицу сватать. И она созвала пир большой и царя и полковников. И велела полковнику привести роту солдат и говорит: — Вот эти молодцы двух моих сестер засватали. Одна уехала и не слыхать ничего, другая уехала и не слыхать ничего. Одна должна была на межговенье притти — не пришла. Другая в великий пост обещалась и нет ее. Говорили они, что у них через три села двор стоит, на высокой горе со всех сторон видно. А на той горе — ни кола ни двора. Одни сосны растут. Эти разбойники повскакивали, а солдаты их за стол усадили. А она говорит: — Есть у них дом в зеленом лесу, в этом дому кровь, и руки- ноги человечьи. Там обеих моих сестер кончили. А они кричат: — Врешь, чем докажешь? А она вынесла кольцо с мертвым пальцем да и бросила им. — Это, говорит, что?! Они тут и сознались. Их всех казнили, а ее царь взамуж взял.