✅ НЕБЫЛИЦА Жили-были три брата. Они пошли в лес дрова секци. Рубили- рубили, опознились. Стали к - пост # 284647

 

Сообщение от: 2022-05-18 17:00:00

✅ НЕБЫЛИЦА Жили-были три брата. Они пошли в лес дрова секци. Рубили- рубили, опознились. Стали костер разжигать, огня нету. Вот на ель вылезли и огонек увидели. Старший брат говорит: — Пойду-ка я огоньку спрошу. Пошел, видит костер горит, тута леший лежит. Коло него и лисиц и куниц да костерок дров. — Дай-ко, батюшко, огоньку, — говорит. — А скажи-ка мне небылу-небылицу, тогда дам огоньку, а не скажешь — дай ремень из спины. Он и говорит: — У нас была у батюшки помощь — дак сорок возов сена наставили. — А, дурак! Я и один сорок возов наставлю. Взял, вырезал ремень из спины и прочь прогнал. Ну, другой пошол огонька просить. Шол-шол, до костра дошол: — Дай, батюшко, огоньку. — Скажи небылу-небывалыцину, дам огня, а не скажешь — ремень из спины. — У нас, — говорит, — была у батюшки помощь — дак сто возов дров порубили. — От, дурак! Да я один сто возов нарублю. Вырезал ремень из спины и прогнал. Ну младший брат пошол. Дошол до костра, сидит леший. Около него и лисиц и куниц и поленья дров. — Здраствуй, батюшка, дай огоньку. — Скажешь небылу-небывалыщшу, дак дам, а не скажешь — дак ремень из спины. — Скажу, — говорит, — только не пересекай, а пересечешь — и куницы и лисицы мне. — Ладно. — Жили мы пожили три-девять братьев Иванов, сестра без названья, да мать Маланья. Вот родился у нас отец, сам с локоток, а нос с коробок. Вот поехали мы отца крестить. Я сел на кобылу, взял хвост в зубы и поехал. (Леший молчит, не пересекает.) Вот подъехали к рецки, моя кобыла скбцила — брюхо разорвала. Передни ноги там, а задни по старым местам. Я вицю ссек, оцистил, кобыли брюхо зашил. И дале поехал. И учуял, что за морем комары да мухи дороги, а телушки дешевы. Я давай комаров да мух ловить. Наловил мух да комаров — пятьдесят пудов. Наменял телушек на мушок, комаров на быков. Вот и погнал домой. Пригнал к морю — нет ни лодок, ни парохода через всю воду. Я взял быка за хвост да размахал, да бросил так и вовсе перебросил. Да на последню сам уцепился, да тут и оцутился. Гляжу на моей кобыле из вицы ель выросла. Росла-повыросла, в небо вылезла. Я и полез на небо. Гляжу, а там все святы босы, на лугу лежат, слезы едят, а ходить босы бояться. Ну я их зажалел, стал быков бить да обутки шить, да на небо носить. Всех обул-одел, назад захотел. (Леший — тот не пересекает.) Стал я из дощя веревку вить да на землю лезть. Ну лез-лез, да пошла буря-ураган. Стал веревку качать, мне кости ломать. Я качался, качался да в болото и попался. Весь в болото зашол, только волоски остались. Тут на голову повадился мне волк ходить да гнездо вить. Ну я руки стал мотать. Ну мотал-мотал да и вымотал, да волка за хвост зацепил, да он меня и вытащил. (А тот не смеет пересечь.) Я тот хвост распорол, а там ящики, да ларьчики, да грамотки. А в той грамотке написано, что леший в лесу моему батюшке тысячу рублей должон... — Врешь! Врешь, — леший говорит. (Не стерпел.) — Врешь! Тот все куницы да лисицы ббрал, огонек взял да ушол.