✅ ВИХРЕВОЕ ЦАРСТВО Жил-был царь, и было у него три сына, жона была очень красивая. После рождения - пост # 280902

 

Сообщение от: 2023-05-04 13:01:00

✅ ВИХРЕВОЕ ЦАРСТВО Жил-был царь, и было у него три сына, жона была очень красивая. После рождения младшего сына стал касаться нечистый дух жоны его. Сколько оны ни колдовали, всё ницего не выходит. Сделалась война вдрух. Царь поехал и старшему сыну говорит: — Сын мой любезный, я мать в светлицу запру, а ты только носи ей пишшу и сбереги ее от нецистой силы. Ну так и сделали. Ей стало скушно, она сыну и говорит: — Я тебя люблю как солнце и месяц, как звезды и свет, отвези меня покататься по зеленым лугам. Он и сжалился и повез. Вдрух вихорь налетел, и матушки на коляски не стало. Он ужахнулся. Тут два года прошло, отец приежжает. Тот ему в ноги пал: — Упросила меня матушка повезти её по зеленым лугам покататься. Я зажалел и повез. Вдруг налетел вихорь и ее уташшил. Разослал отец гонцов и борцов по всему свету. Старший сын в ноги кланяется: — Отпусти, я поеду матушку разыскивать. Он ему денех дал, и солдатов дал, и есть, и пить. Вот проходит неделя, другая, год, другой, третий — ни сына, ни матушки. Царь плацет: — Хошь бы кости найти, штоб я знал, хде почивают. Второй сын пошол со деньхамы и со солдатамы: и неделю нет, месяц, год нетути. Пошол к царю меньшой сын. Сидит царь, думу думает: — Хошь бы кость найти, штоб я знал, хде почивают. Меньшой сын в ноги кланяется: — Пусти, батюшко, поискать матушку. — Жалко мне вас отдавать ницистой силы. — Не благословишь иду, и благословишь — иду. Не дал ему царь ни денех, ни солдатов. Идет Иван-царевич по своему городу, к бабушке-задворенке. Она ему расскажет, путь-дорогу покажет. Стоит лочужка земелькой покрыта, скалами состроена. Говорит ему бабушка: — Скуй, дитятко, три шляпы железны, три обутки железны, три клюки железны. Да возьми, дитятко, от меня скате- рёточку. Иди, дитятко, по правой тропке в леву сторону. Уж он шол, шол. Обутки от песку протираются, шляпка от дождя пробивается, клюка под рукой утоняется. Пришол к избушке. Сидит Баба-Яга, костяная нога, морда глиняная, грудью пецку затыкает. — Фу-фу-фу, — говорит, — холоду-голоду в дверь напустил. — Ницего, — говорит, — бабушка, все справится. Он клал скатерёточку — стала на ей ижа-питьё. — Ета скатерёточка моей сестры родной. Она тебя одарила, и я не обижу. Дала она ему ложочку. Вот он дальше пошол. Скоро сказка сказывается, да не близко дело делается. Уж обутка сваливается, клюка до рук додёрживается. Стоит вторая избушка. Баба-Яга, костяная нога, носом вжаратки-гаратки, языком печку пашет. — У-у-у, — говорит, — голоду и холоду в дверь пустил. Он скатерёточку вынел, ложечку положил, она ему дала кружечку. — Ето, — говорит, — подароцки моих сестер. Дала она ему клубоцек. Он за клубоцком в след пошол. Пришол к высокой горы. Надел на ноги негти, на руки негти, на гору влез, а там царство мённое. Коло царства львы стоят. Он взял кружечку, дал им воды напиться, оны его и пропустили. Сидит тама девиця. — Ах, цего ты сюда пришол? Ко мне нецистый дух летает. Она его в сундук спрятала. Налетел тут Вихорь. — Фу-фу, руським духом пахнет! — Сам налеталси да нахваталси, да начал фыфыркивать! С девицей поиграл да проць улетел. А Иван-царевич дальше пошол. Шол, шол, до серебряна дворця дошол. Сидят коло дворца тигры-звери. А во дворце сидит девиця-раскрасавиця. Ваня-то в ю врезалси. И она в его тоже врезалась. — Зачем ты, Ванюшка, сюды попал? Тибе нецистый дух сничтожит. Спрятала она Иван-царевича в деревянный шкап. Налетил. нецистый дух. — Фу-фу-фу, — говорит,— тут руським духом пахнет! А она ему: — Сам налеталси, да нахваталси, да начал фыфыркивать. Ну, он с ней наигралси и улетел. Пошол Иван дальше. Стоит золотой дворець, сидит в ём родная матушка. Она ему и говорит: — Зачем ты, Ванюшка, сюда попал? Тебя нецистый дух сничтожит. Он три раза в сутки прилетает, миня посещает и зверей напояет. Дам я тебе, сынок, сильной воды да его палицу. Ты его однова в лоб бей, а другого раза не подсаживай. — Ланно, — говорит, — матушка. Напилсе он сильной воды. Прилетает Вихорь. — Фу-фу-фу, — говорит, — и тут руським духом пахнет! Она и говорит ему ласково: — У меня, — говорит, — младчинькой сын гостюет. — Так я с ним буду силу пробовать. Пойдем, — говорит, — в цисто поле. Пришли они в чисто поле, Вихорь и спрашивает: — Как будем сражаться, как будем разъежаться? — Не будем сражаться, не будем разъежаться, будем палицу кидать. — Ланно, — говорит. Иван-царевич стал палицей размахивать, да с наговором дал ему в лоб. А он говорит: — Иван-царевич, прибавь еще! Иван-царевич говорит: — Нет, богатырска рука однова бьет. Тут нецистый дух и скончалси. Вышла матушка из золотого царсва, покотила золотым яечком, забрало яечко все царство. Пошли они в другие царсва. Забрали и менну и серебряну царевну. Дошли оны до горы. Стал Иван-царевич их на полотенце спущать. А под горою братья три года дожидали. Как он их спустил, оны полотенце срезали, тыих похватали, к отцю повезли. И представили отцю матушку и себе по невесте (буттпо, милая, они их от нецистого спасли, а не Иван). А Иван на горе остался. А тые дома и начали свадьбу заводить. Серебряна царевна и говорит: — Нет, — говорит, — накажи для меня цветно платье без матери и без меры сшить. А как такое сделать? А Иван-царевич стал палицу перекидывать. Выскоцили два молодца. — Что угодно. Иван-царевич? — В родной город хоцу. Аны его в миг домой приволокли. Стал он жить у портного. Как узнал, что царевна хочет, тым мигом яечком прокатил, дворец поставил, цветное платье достал. Принес это царевне платье, а она велит, штоб поставили дворець серебряный, от дворця золотой мост. Иван-царевич палицу перекинул, выскоцили два молодца, построили дворець серебряный, от дворця мост золотой, на мосту столбики точеные, да колецки золоченые. А на каждом столбике голуб да голубушка, да друг дружку кланяются, да говорят: — Помнишь ли, голубушка, хто тебя спас? — Помню, голубок, спас Иван-царевич. А по сторонам кабаки стоят и пьяницы ура кричат, што невеста и жених к венцу едут. Вот поехали оны к венцю. Через мостик едут, она голубьев слушает. А Иван-царевич взял метелочку, давай мост подметать. Царевна и крицит: — Держите кони! Не тот мой жених, што со мной сидит, а тот мой жених, што мост метет. Взяла его за руку, с собой посадила, свадьбу сыграли. Царь сыну обрадовал. Задал пир на весь мир. И меня туда позвали, пивом, квасом потчивали, да дали чашку с дырой, да у меня рот кривой — мимо все бежало, в рот не попало.