Сообщение от: 2023-05-20 13:00:01
✅ ИВАН-ВЕТЕР В невком царстве, в невком государстве жил царь на царстве, как сыр на скатерти. И была у него доцерь. Такая раскрасавица, что и в свете не сыщешь. Он побаивался; чтоб не забаловалась. И посадил ю в высоку башню. И дверь каменщики заложили. В одном месте между кирпичей была дырка. Шель, одним словом. И стала раз та царевна навко- ло той шели, и надул ей ветер брюхо. Понесла она парня. Царь как узнал, очень разгоречился. Пришол к башне и так ее ругать: — Откуда, — говорит,— ты понесла? А парень у ней из живота голос подает: — Я, — говорит, — с Ветру. Ну, царь удивился и ее с башни вынел. Пришла время, она родила парня. И назвали его: Иван-Ветер. Он не по дням растет, а по часам. А царь его забоялся. Растет тот парень силы немалой. Кого за руку хватит — рука вон, кого за голову хватит — голова вон. Царь и боится, чтоб он его не обидел, царство не забрал. Вот он и посылает его в лес по дрова. А парень говорит: — Дайте-ко мне веревку сорок саженей. Дали ему веревку сорок саженей. Он весь лес обкрутил, с комелями повырвал и несет в город. Еще больше царь его забоялся. Посылает его к морю за водою. А он говорит: — Сделайте мне-ка из того лесу два ведра. Сделали ему с того леса два ведра. Он пошел к морю, да полморя в ведра взял. Идет, пол-моря несет, только сгорбился. Тут народ к царю добежал: — Ваше царьско величество, ваш сын идет, пол-моря несет, он весь город зальет. Выехал царь ему стрету, говорит: — Сын мой любезный, Иван-Ветер, брось свои ведра, а то город зальешь. Бросил Иван-Ветер ведра, на зень, стал пруд глубокий. Забоялся его царь ещо больше. Думает, как его погубить. Зовет перед себя и говорит: — Иван-Ветер, за семью горами есть чортов ад, в нём есть бес косматый, должен он мни-ка две меры денег, пойди, долг возьми. Иван-Ветер за семь гор пошол, чортов ад нашол. — Где, — кричит, — у вас бес космат? Наскочил тут бес: — Ты чего ревешь, бесовский народ беспокоишь? А Иван-Ветер: — Ты потише, я не шутки шутить, царев долг обирать. Бес космат не хотит денег давать. Взял-Иван-Ветер плеточку-трехвосточку, ну беса космата отделывать. Тот взмолился, три шапки золота накидал. Привез Иван-Ветер две шапки царю, одну — матери. Ну скоро сказка сказывается, не скоро дело делается. Заскучал Иван-Ветер. Пошел к матери. — Поставь мама, на столи бутылочку, на стену плеточку. Как будет в бутылочке кровь, как будет мой конь ногой бить, как будет плетка на стене драться, значит я живой не бываю. И пошол сам куда глаза глядят. Шол, шол (сказка быстро говорится, — дело мешкотно творится), в густой лес зашол. В том лесу стоит фатерка, золотые окна. Сидит у окна девица- раскрасавица, земчужные слезы льет: — Ах, Иван-Ветер, ты зачем к нам пришол, налетит Кос- цей, он тебя съист. — Ничего, — говорит, — раньше смерти не отпеваньецё. Прилетел Косцей: — Фу-фу-фу, раньше русского духа слыхом не слыхал, а теперь в нос бросается. Увидал Ивана-Ветра, побелел весь: — Идем, молодец, на медный ток, померимся. Пошли на медный ток. Иван-Ветер зажал Косцея — тот белый стал, на зень бросил — тот целый встал, а Косцей зажал — с Ивана-Ветра кровь покапала, на зень бросил — косточки разбил. Пнул Косцей косточки под порог, ногой притопнул. А у матери бутылочка кровью полнится, плеточка на стене бьется, конь ногой бьет. Села мать на того коня и поехала. Ехала- ехала, стоит фатерка, золотые окна, под порогом косточки валяются. Она живой и мертвой водой спрыснула — он и встал живой: — Долго я спал, да скоро встал. Иди, мама, домой, а мне дело есть. Пошол он знова к Косцея дому. Сидит Настасья Прекрасная, земчужные слезы льет: — Зачем ты, Иван-Ветер, сюда зашел, налетит Косцей, тебя съист. — Настасья Прекрасная, узнай у Косцея, в чем его сила живет. Налетел Косцей, наелся, напился, на лавку повалился. Стала Настасья Прекрасная у него в голове искать: — А што, Косцей, сколько лет с тобой живу, правды от тебя не слыхивала. — А какая тебе правда? — А в чем твоя сила живет? — Моя сила в венике живет. На другой день Настасья Прекрасная банный веник в золото убрала. Налетел Косцей: — Ха-ха-ха, што ты, Настя, веник в золото убрала? — Да твою силу уважила. — Моя сила в деревянной латке. На другой день Настасья Прекрасная деревянну латку земчугом. обрала. Налетел Косцей: — Ха-ха-ха! Чего, Настька, латку земчугом обрала? — Твою силу уважила... — Моя сила ни в латке, ни в венике, моя сила на Буян- острове. На том острове дуб стоит, под дубом плита лежит, под плитой короб, в коробе утка, в утке яйцо, в яйце кольцо. В том кольце моя сила. Иван-Ветер пошол на остров Буян. Шол-шол, зголодался. Видит, орел сидит. Стал Иван-Ветер лук натегать, а орел говорит: — Не стреляй меня, Иван-Ветер, я тебе пригожусь. Пошел Иван-Ветер дальше. Шол-шол, зголодался, видит, щука на берегу полыхается. Хотел Иван-Ветер ее стрелять, а она говорит: — Не бей меня, Иван-Ветер, я тебе пригожусь. Дошол Иван-Ветер до острова Буяна. Стоит на острове дуб. Своротил Иван-Ветер тот дуб, вынел короб. Выскочила из короба утка, полетела в небо. Налетел тут орел, сбил утку. Пала утка на берег, выскочило из нее яйцо, покатилось в воду. Сел Иван-Ветер на берегу, закручинился. Выскочила щука из воды, вынесла Ивану-Ветру Косцеево яйцо. Взял Иван-Ветер тое яйцо, вынел из него персень. Пошел Иван-Ветер в Косцеев дом. Сидит Настасья Прекрасная, земчужные слезы льет. — Чего ты пришол, Иван-Ветер, налетит Косцей, тебя съист. — Не съист, Настасья Прекрасная, у меня его сила есть. Налетел Косцей, пал на Ивана. Взял Иван-Ветер персень, переломил пополам, — Косцей и пал на зень. И помер. Взял Иван-Ветер Настасью Прекрасную, золота, серебра, скатна земчуга. Пошли домой. А дома царь помер. И стал Иван-Ветер за царя царствовать.
