✅ ХАМ-ВОР Жил-был Хам-вор. Он был в стенах у царя сидел — пойман был. И вот к им опять вор повад - пост # 279560

 

Сообщение от: 2023-09-14 17:00:00

✅ ХАМ-ВОР Жил-был Хам-вор. Он был в стенах у царя сидел — пойман был. И вот к им опять вор повадился ходить. Они приходят к тому Хаму-вору. И спрашивают: — Что нам с этим вором делать? Он говорит: — Возьмите оденьтесь простым человеком и пойдите по улице, как воровать. Вот царь нарядился и вышел. Пошол и встречается ему воришка-хулиган и говорит: — Здоров, товарищь. — Здорово! — Куда пошол? —А посмекать чего-нибудь. — Пойдем вместе. — Пойдем. — А куда пойдем? — А пойдем к царю. (Царь-то говорит.) Тот и говорит: — Что ты, подлец, — говорит, — кого хлеб-соль ешь, того и воровать хочешь! Да хлоп его по затылку. Вор — царя-то! — А куда пойдем? — А пойдем лучше к графу. (Вор говорит.) Пришли к графу. Дает вор царю когти. — Полезай, — говорит. — Нет, я не умею лазить, нисколько не лазивал. — Ну, давай я сам полезу. Полез, в спальню аккурат залез. Залез, да и слушает. А граф с графиней в постели лежат, разговаривают: — Я завтра буду именинник, собери бал и приглбсим царя и перву чарку нальем с ядом царю. (Отравить хотят царя!) Он слез и говорит: — Подумай, чего хочет граф, царя отравить нашего хочет. Как бы ему донести? — А я, — царь говорит, — близко живу, дак я скажу. Приезжает царь назавтра к графу в гости, и вот ему пода- вают перву чарку. Он не пьет, не берет ее, графу велит выпить самому. — Как вы, — говорит, — именинник — пейте сами. А тот не хочет, не пьет, а царь настаивает «пейте». Он подносит чарку к губам, хочет пить, а жона подскочила, в роде нечаянно его по руке задела, он и уронил чарку. Царь и спрашивает:— Почему вы не выпили? Сейчас это вино на следствие к доктору. И признали, что вино с ядом. Графа посадили с графинею обеих в тюрьму. К им опять вор ходит — к царю. — Как его, Хам-вор, поймать? — Возьмите соберите пир и позовите всех бедных и богатых на этот пир, и насыпте золота и серебра на пол. Верно, золото это убывать будет. Вот и верно, золото стало убывать, на пиру заметили. А у воришки в подошвы дырки сделаны и в дырку он золото и собирал. А как пошли осматривать, он ножик уронил, да стал подымать, и начал у всех подошвы подрезывать. Стали смотреть, а у всех подрезано — и у графов и у князей. Пришли к Хаму и говорят, что у всех подрезаны подошвы. Хам и говорит: — Возьмите стену в спальню вашей дочери, выпилите и бочку смолы поставьте, он, верно, вздума ночью к ей в спальню итти. Так и сделали. А их было двое. Вот первый и говорит: — Сегодня твоя очередь стену ломать. Он бросился да и угодил в бочку, в смолу-то. До головы и вскочил. Тому некогда было утаскивать, он взял, да голову ему и отрезал и унес с собой. Пришли, Хаму-вору говорят: — Поймали вора, да без головы. — Ну, не тот вор, который без головы, а тот вор, который голову унес. — Ну, что делать? — А возьмите это тело, обмойте, да везите по городу, верно, выскочит жона. Так и сделали, повезли тело по городу. И вдруг выбегает женщина и плачет. А воришка забежал к ей в избу, и у ней топилась печка, и кипел чугун, и лежал ребенок в люльке. Он взял да ребенка и заварил. Выскочил и говорит: — Что вы глядите на нее, она ума решилась — ребенка в люльке заварила. Посмотрели — так и есть. Значит опять не нашли. Тело так и похоронили. Приходят к Хаму-вору. — Ничего не могли найти. — Ну, — говорит,—и вор хитер. Возьмите самолучшего козла в золоте, серебре и ведите по городу, с ним людей снарядите. Повели козла по городу, вдруг он говорит: — Я сегодня именинничек, так повеселиться хочу, зайдите ко мне, пожалуйста. Повеселиться хочу. Они зашли, и он их напоил пьяными. И обснимал козла, да и их раздел. Да их монахами одел, да и отвез к монастырю их. Ну, они проснулись, да и смотрят один на одного и спрашивают: — Гришка, ты? - Я . — Васька, ты? - Я . — Пошто ты монахом? — А где у нас козел-то? — говорят. — Как мы теперь к царю-то явимся? С какой повиной головой? И пошли к царю. — Казни, — говорят, — потеряли козла и не знаем как. Вот так и так, шли по городу, зазвал нас человек именинник в гости. И вот он нас напоил и пьяными одел и повез в монастырь. Ну, пошли к Хаму-вору и рассказывают: — Ну, да это, — говорит, — и вор. Я — вор, а уж это... Возьмите самолучшего повара, и пусть повар идет, нюхае — наверное он будет жарить козла. Снарядили самолучшего повара. Повар идет и нюхае — где пахнет козлом. А он и увидел в окно. — Что смотришь, — говорит, — идешь? — А квартиры ищу для одного, нет ли такой. — А у меня отличная комната, для холостого. Зайдите посмотреть. Он зашол, а тот начинает его угощать, говорит: — Я вчера был именинник, дак у меня остался козел, да все дак я вас угощу, — говорит. Ну вот повар и говорит: — Я не только нюхал, а и сам кушал козла. Сидит радуется. Ну он угостился, вышел, да на воротах и написал: — Был в сем доме, ел козлятину. Вор и посмотрел, да взял со своего дома стер, а пошол к графу и князьям и написал: «Был в сем доме, ел козлятину». Вот приходит повар домой и говорит: — Не только козла нюхал, но имел счастье есть козлятину — А ты знаешь, в каком доме ел? — А я на воротах написал: «Был в сем доме, ел козлятину». Пошли смотреть, а оказалося у графа, да у князя, да у самых главных лиц написано на воротах: «Был в сем доме, ел козлятину». — Да неужели ты в этих домах был? — Нет, я в этих домах не был. Так и вернулись к Хаму- вору.