✅ ИСТОРИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ ВОЙНЫ ЗАПАДА ПРОТИВ РОССИИ ЧАСТЬ 1 ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ... При Иване Грозном в Лив - пост # 276630

 

Сообщение от: 2024-06-09 15:00:05

✅ ИСТОРИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ ВОЙНЫ ЗАПАДА ПРОТИВ РОССИИ ЧАСТЬ 1 ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ... При Иване Грозном в Ливонскую войну, Россия впервые воевала против Запада как коалиции государств. АНТИРОССИЙСКАЯ ИНФОРМАЦИОННАЯ ВОЙНА ЗАПАДА: от ИВАНА ГРОЗНОГО до ПАВЛА I Наша история загромождена мифами, сформированными специально для России, чтобы принизить нашу историю и наших правителей. Образ каждого российского царя сопровождается собственным «черным мифом» западного происхождения. РАЗВЕЯТЬ ЭТО НАГРОМОЖДЕНИЕ ЛЖИ - НАША ЗАДАЧА! Со времени изобретения книгопечатания круг лиц знакомых с печатным словом стремительно расширялся, и уже к концу XV века книги вышли за пределы узкого круга гуманистической интеллигенции и ученых богословов. Именно тогда понятие «информационная война», не будучи еще оформлено четкой терминологией, приобрело формы, вполне узнаваемые нами и в 21-м веке. Наряду с Библией и солидными научными трактатами в начале 16 века появились и летучие листки, содержащие 4-8 страниц текста крупным шрифтом, сопровождавшегося нередко примитивными гравюрами на дереве – по сути «желтая пресса» тех лет. Именно тогда среди этих предшественников газет впервые появилась и русская тема. В 1514г. в очередной русско-литовской войне русские потерпели серьезное поражение в битве при Орше. На исход войны оно, правда, не повлияло, но польская дипломатия и пропаганда поспешила представить его как историческое событие, означающее перелом в борьбе литовско-польского содружества с «еретиками и схизматиками московитами». По свидетельству современного польского историка дипломата Иеронима Граля, «с помощью «оршанской пропаганды» мы настроили часть Европы против Московии». Уже тогда – в начале 16 века – голландец Альберт Кампенский, в ту пору папский камергер при Клименте VII, откровенно предупреждал римского папу, что «от короля Польши, государя благоразумного и весьма набожного, тем не менее, в деле, касающемся московитов, нельзя ожидать ничего хорошего», ибо, «под предлогом ведения войны против схизматиков … он пользовался огромнейшим расположением других христианских государей, сражаясь как бы за веру и религию, и большой помощью с нашей стороны, так как, обнародуя ради этого повсюду индульгенции, мы ему часто оказывали поддержку из общей казны христианской». Поэтому поляки стремились не пропускать послов и купцов в Москву, и давили на Ливонию, чтобы и она их не пропускала. Одновременно они стремились, по возможности, монополизировать информацию о «московитах» в своих руках. Недаром Матвей Меховский, крупный польский ученый, в предисловии к трактату «О двух Сарматиях», писал о землях Московии, как об «открытых войсками короля польского» и ставших теперь известными миру. «Оршанская пропаганда» и ученый труд Меховского укрепляли веками формировавшееся враждебное отношение к схизматикам. Образ врага-схизматика начинал приобретать более конкретные контуры. Но серьезно европейцы принялись за формирование представлений о России как стране жестоких, агрессивных варваров, рабски покорных своим тиранам, в правление Ивана Грозного. В январе 1558 года Иван IV Васильевич начал Ливонскую войну за выход России к Балтийскому морю. А в 1561г. появился листок со следующим текстом: «Весьма мерзкие, ужасные, доселе неслыханные, истинные новые известия, какие зверства совершают московиты с пленными христианами из Лифляндии, мужчинами и женщинами, девственницами и детьми, и какой вред ежедневно причиняют им в их стране. Попутно показано, в чем заключается бoльшая опасность и нужда лифляндцев. Всем христианам в предостережение и улучшение их греховной жизни писано из Лифляндии и напечатано. Нюренберг 1561». Сообщения «желтой прессы» подкреплялись художественно ( см.ниже). Этот новый тип источника информации, ориентированный на широкую публику, изменил отбор информации и способы ее подачи. Как и в современной бульварной прессе отбираются шокирующие, ужасные известия, и подаются так, чтобы воздействовать на чувства, а не давать объективную картину. Быстро формируются определенные штампы. Прямо или косвенно русских представляли через негативные образы Ветхого Завета. Спасение Ливонии сравнивалось с избавлением Израиля от фараона, а Ивана Грозного сравнивали с фараоном, Навуходоносором и Иродом. Его однозначно определяли как тирана. Именно тогда слово «тиран» стало нарицательным для определения всех правителей России в принципе. Авторы известий о походах Грозного прямо «заимствовали» описания турецких завоеваний. Саксонский курфюрст Август I стал автором знаменитой сентенции, смысл которой сводился к тому, что русская опасность сравнима лишь с турецкой. Иван Грозный изображался в платье турецкого султана. Писали о его гареме из 50 жен. Причем, надоевших он якобы убивал. Видимо отсюда происходит настойчивое стремление современной прозападной историографии «насчитать» у реального Ивана Грозного как можно больше жен. Исследователь печатных известий о России Ивана Грозного А.Каппелер обнаружил за XVI век 62 летучих листка, посвященных России. Подавляющая часть их посвящена Ливонской войне, и во всех русские и их царь изображались в столь же мрачных тонах как вышеприведенные. Именно тогда появляется первая в истории польской армии походная типография, руководитель которой с плебейской фамилией Лапка получил впоследствии шляхетское достоинство и дворянскую фамилию «Лапчинский». Польская пропаганда работала на нескольких языках и по нескольким направлениям на всю Европу. И делала это эффективно. Понятно, что объективность в оценках даже не ставилась целью. В ту же эпоху, когда жил Грозный, Генрих VIII в Англии казнил своих канцлеров одного за другим. В 1553 году, когда первый английский корабль достиг района будущего Архангельска, британской королевой стала католичка Мария, прозванная Кровавой. Она правила всего пять лет, но за это время только сожжено было 287 человек, в том числе несколько епископов англиканской церкви. Многие погибли в застенках и были казнены другими способами. Тем не менее, «европейская» репутация Англии никак существенно не пострадала. Важна была не объективная жестокость того или иного правителя, а так сказать, система распознавания «свой-чужой». В 1570 году герцог Альба на Франкфуртском депутационстаге высказал идею не посылать в Московию артиллерию, дабы она не стала врагом «грозным не только для империи, но и для всего Запада». Тот самый герцог Альба, который после назначения наместником Карла V в Нидерландах, учредил судилище, пославшее в течение трех месяцев 1567 года на эшафот 1800 человек, а после нового наступления протестантов из Германии, в следующем году, жертвами новой расправы стало уже несколько тысяч человек, сотни тысяч человек бежали заграницу. Но Испания, тем не менее, не угрожает «всему Западу», а вот Россия якобы угрожает. В 1578 году в окружении графа Эльзасского возник «план превращения Московии в имперскую провинцию», автором которого выступал бывший опричник, бежавший на запад, Генрих Штаден. Этакий «власовец» 16 века… Этот проект докладывался императору Священной Римской империи, Прусскому герцогу, шведскому и польскому королям. Аналогичные планы подготовил английский капитан Чемберлен. Эти планы сходились в одном – в стремлении навсегда устранить Россию как субъект европейской политики. Вот что писал Штаден: «Управлять новой имперской провинцией Россией будет один из братьев императора. На захваченных территориях власть должна принадлежать имперским комиссарам, главной задачей которых будет обеспечение немецких войск всем необходимым за счет населения. Для этого к каждому укреплению необходимо приписывать крестьян и торговых людей – на двадцать или десять миль вокруг – с тем, чтобы они выплачивали жалование воинским людям и доставляли бы все необходимое…» (статья Андрея Дутова)