✅ ЯКОВ Жил Яков. У него была жона Марфа. Они были сперва богаты, да она была така задорна: то ей - пост # 273825

 

Сообщение от: 2025-02-08 17:00:00

✅ ЯКОВ Жил Яков. У него была жона Марфа. Они были сперва богаты, да она была така задорна: то ей дай, да друго дай, еще того мало, купи запонку, того не достало — еще подавай. Болыпа была у Якова мошна, да вся изошла. Нужной стал Яков. Тут- ка Яков говорит: — Пойду я, денег нету, а подати просют, пойду на лесину повешусь, задавлюсь, — говорит, — докуль я стану жить? — говорит. Пришол в лес, тюкнул лесину обухом, це ле зазилъцёло за лесиной, тюкнул другой раз, да еще зазильцёло. — Це, ле — говорит, — надо копать здесь. И стал копать, и выкопал котел с деньгами. Он взял деньги сколько ле в кошель наклал, пошол домой, и давиться не стал. Пришол домой. Пришли к Якову, под окошком ревут: — Эй, Яков, неси подати! Яков деньги в кошель наложил, пошол в Управу. Там про Якова бают. — Яков, — говорят, — нужной, у его подати нецем дать. Про Якова бают: богат был Яков — всем мил был, а нужной стал — всем нёлюб стал. Яков идет, тако близко ко столу подошел, деньги высыпал, вси от стола отскоцили. Откуль у Якова столь денег?! Яков расцитался, остатки в кошель склал. Опять Яков богатый, опять стал жоне наряд заводить, жона стала опять ходить нарядно, не хуже старостихи. Пришла к ей кума Степанида: — Кума, — говорит, — бают, вы клад нашли? Откуль у вас? А она ето: — Нашли, нашли, кума! А кума Степанида — бабке Евгении сказала, бабка Евгения — тетушке Фетёнье, тетка Фетёнья — матке Евпрасеньи. Тут-ка Яков стал жону звать по клад итти. Они ночью походить стали по клад. А он напек блинов, да пирогов напек, да блины-те да пироги и наклал по дороге, а в капкан запихал щуку, а в мерёжу — зайца. Вот с Марфой пошли по клад. Ночь темна, да блин да пирог под ноги попадают. Марфа и говорит. — Яковушко, откуль пироги-то да блины-то? — Шли две туци, одна блинна, друга пирбжна, да столкнулись, блины-то, да пироги-то и нападали. Шли-шли, на мерёже заяц. — Яков, пошто на мерёже заяц? — А зайцу охота стала по воде поплавать, он поплыл, да попал в мерёжу. Шли-шли, стоит капкан, в капкане щука. — Я куша, пошто в капкане щука? — А охота ей стала по земли походить, она шла-шла, в капкан попала. (Что Якутка ей заворацивает?!) Они и дальше пошли, шли-шли, лесом шли, она и побаивается. Учула — кто ле ревет. — Якуша, кто ле ревет?! — Это нашего барина церти бреют. Достали котел и домой принесли. Тут и весть прошла, что Яков клад нашол. Тут уже Якова стали призывать к барину. А Яков подпись положил, что котел с угольем. Призвали его к барину. — Яков, правда ли, што ты клад нашол? — Никак нет, благородие. — Ты, — говорит, — брешешь! Позовите Марфу, жону. Марфа подошла. — Нашол, нашол, ваше благородие, нашол... Котору ноць шли блинны да пирожны туци, они столконулись да нападали пироги да блины, да еще когда в капкан щука попала, а в мерёжу заяц попал, захотелось ему по воде поплавать... А барин бранится: — Глупа, ты, глупа! Каки-такие туци блинны, да пирожны?! Как-так заяц в мережу попал, а щука в капкан?! Да ты ле глупа, да ты ле дуром говоришь!.. — Не лучше вам, барин, помнится, как вашу милость церти брили? — Ах ты глупа, глупа, да у тебя деньги под пецкой. Пойдем смотреть. Ну пошли, а под пецкой котел с угольями. Ну, ее отправили в сумасшедший дом, а Яков женился на молоденькой девици.