Сообщение от: 2021-06-16 06:26:00
С точки зрения традиции есть Единое Древо Рода, по ветвям-ступеням которого души поднимаются к Истоку, и ветви эти есть не что иное, как различные роды, обеспечивающие получение опыта, необходимого для развития воплотившихся в них душ. Причём душ, находящихся на разном уровне эволюции. Следовательно, каждая родовая система создаёт условия определённого качества для прохождения важных испытаний, получения каких-то конкретных уроков, навыков, способностей и так далее. И всё это задаётся смыслами родовых имён. Их тоже можно читать, чтобы понять для чего, за каким опытом душа пришла именно в данный род. В древности на Руси, да и в других державах, родовые имена как раз и отражали принадлежность к тому или иному уровню лествицы духовного развития. Как правило, они соответствовали кастовой принадлежности, а нередко указывали и на божественного Первопредка. Нынешние фамилии не имеют отношения к тем древним родовым именам, а значит, и к задачам тех, кто приходит в тот или иной род. По сути, говоря о фамилиях, мы говорим о псевдонимии. А это явление крайне негативно сказывается на судьбе. В данном случае на судьбе всего рода. И здесь, волей-неволей, приходится подозревать чей-то недобрый умысел. Здесь, конечно, можно возразить, вспомнив, что появление фамилий после отмены крепостного права было связано всего лишь с нуждами учёта населения и вообще облегчения государственного управления. Однако всё далеко не так просто. Управления – да, но государственного ли? И потом, фамилии на Руси появились довольно поздно, но вовсе не после реформ Александра II. Начался данный процесс с конца XIV – начала XV веков, когда фамилии «даровали» князьям и боярам. Впрочем, наследование княжеских и боярских фамилий потом ещё около века оставалось весьма неустойчивым, но начало было положено. И, обратите внимание, положено оно было с «верхов»! То есть подмена родовых имён началась со статусных родов. Иначе говоря, с тех ветвей Родового Древа, что ближе к Корням. Ведь социальный статус тогда свидетельствовал об уровне эволюционного развития, закреплённом в родовом прозвании. А как раз его князья да боярые мужи лишались, получая «высочайше пожалованные» фамилии, происходящие либо от названия местностей, где располагались владения (Вяземский, Костромин), либо от неких качеств, заслуг и прочих внешних факторов (Храбров, Бородин, Пушкин). Затем фамилии стали проникать в купеческое сословие, духовенство и мещанство, а в середине XIX века, после отмены крепостного права в 1861 году, получили фамилии и крестьяне. Процесс приобретения фамилий продолжался долго и завершился только к 30-м годам XX века. Но свою роль эта акция выполнила: большинство родовых имён сегодня неизвестно. Вместо них – странные образования, произведённые от ремесла (Кузнецов, Плотников), местности (Полевой, Озеров, Вологодский), отчества (Иванов, Николаев), физических особенностей кого-то из предков (Косых, Толстой, Чернобровин) и других явлений, не имеющих отношения к опыту души и задачам рода. Порой, совершенно случайных. Например, во время переписи 1897 года, переписчики нередко просто придумывали фамилии для крестьян. Естественно, фантазии на всех не хватало, и чтобы облегчить себе работу, они, переходя из села в село, использовали одни и те же фамилии. Кстати, этимология самого слова «фамилия» в этой связи особо интересна. Происходит оно от латинского familia – «семья». И всё бы ничего, если бы не одно «но»: во времена Римской Империи слово familia относилось в первую очередь к рабам семьи. Под конкретной фамилией тогда подразумевалась не сама семья в современном понимании, не родственники, происходящие от одного семени, а люди, принадлежащие одному человеку и его роду. А вот для родового имени использовалось другое слово – nomen. То есть свободный римлянин был носителем nomen-а, а раб принадлежал к familia. Вот и получается, что на Руси, в результате соответствующих реформ, подавляющее большинство людей лишились родовых имён, вместо которых они получили, по сути, рабское клеймо...
