КОЗЬМА И ДЕМЬЯН Представляем вас одну из очень МИСТИЧЕСКИХ старин наших предков- Вавило и скоморох - пост # 254846

 

Сообщение от: 2016-06-22 08:00:00

КОЗЬМА И ДЕМЬЯН Представляем вас одну из очень МИСТИЧЕСКИХ старин наших предков- Вавило и скоморохи. Несомненно- что КОЗЬМА И ДЕМЬЯН- позднейшая замена "неуместного" Старого Деда Велеса или Сварога, сохранилось даже единственное число обращения. Прочтение же имен как имен скоморохов- может вызвать лишь смех над невеждами, очень дурно знакомыми с славянской мифологией и динамикой замены теонимов славянских Богов именами христианских"святых" и научными работами по данной теме.(можно посоветовать статью СДЭС- Кузьма и Демьян Агапкина Т.А.,Белова О.В. Гinпiyc В. Коваль Кузьма-Демьян у фольклорi // Eтнoгpaфiчний вiсник. Киiв, 1929. Кн. 8; Петров В. Кузьма-Дем'ян в украиському фольклорi // Там же. Кн. 9. Макашина Т.С. Святые Косма и Дамиан в русском фольклоре//Живая старина. 1994. № 3. С. 18-21. и так далее. малый кусочек сказаний по теме: Кузьму и Демьяна связывали с кузнечным ремеслом и народные легенды и сказки, которые повествуют о том, как они куют сохи и плуги и раздают их людям, а в некоторых сказаниях даже учат людей земледельческому труду. В загадках кованую железную цепь называют Кузьмою - "Узловат Кузьма, развязать нельзя". А по северному поверью, цепи, скованные божьими кузнецами Кузьмою и Демьяном, Михаил-архангел налагает на дьявола. Известны поверья о Кузьме-Демьяне как двух кузнецах, выковывающих звезды на луне или небе. Кроме того, произведения восточнославянского фольклора создают из святых Космы и Дамиана образ кузнецов-змееборцев, борющихся с нечистой силой - Змием. (Ср. в русских сказках кузнец для своих колдовских дел знается с нечистой силой, в частности, с чертями). Так, в белорусской сказке "Иван Попялов" кузнецы Кузьма и Демьян, спрятав победителя змея у себя в кузнице от змеихи, защемляют ее язык раскаленными щипцами и убивают молотами (молниями), а в южнорусских и украинских сказаниях кузнецы Кузьма и Демьян (вар. Борис и Глеб), поймав змея, истреблявшего людей и собиравшего человеческую дань, запрягают его в первый выкованный ими плуг, и пашут на нем землю от моря и до моря. Любой грамотный человек, несомненно сразу опознает- ЧЬИ Образы перекрыт "Козьмодемьяном". В былине о Вавиле и путешествии его со скоморохами запечатлена прямая связь эпического сюжета со скоморошьим творчеством. Былина была впервые записана в 1899 г. в дер. Шотогорка Пинежского уезда Архангельской губернии от М. Д. Кривополеновой известным собирателем А. Д. Григорьевым. Собиратель не мог знать, что текст Кривополеновой будет единственным, и считал преждевременным обсуждать его, пока нет новых вариантов. В наше время былина неоднократно записывалась в полуразрушенном виде. Григорьев заметил лишь, что «назначение этой скоморошьей старины не рассмешить, а внушить уважение к скоморохам, которые представлены здесь не веселыми, а святыми людьми. Вопросы о времени, месте и среде, в которой возникла былина, доставленные самим Григорьевым, остались нерешенными. Не вполне уяснен смысл ее содержания и отдельных мотивов, как и причина ее уникальности, хотя накоплено значительное количество материала: и комментаторских заметок, и обстоятельных статей. Цельность содержания, стройность композиции, самобытная образно-художественная ткань произведения в целом говорят о безукоризненном владении эпической былинной формой. И в то же время — «случай в фольклоре редчайший, чтобы такое выдающееся произведение сохранилось в памяти лишь единственного сказителя», — заметил В. И. Калугин (2 с. 108-109). Однако в этом есть свой резон.120 [120 В полуразрушенном виде былина записывалась позднее. См.: Иванова А. А. Скоморошья традиция... С. 472-473]. Скоморохи в былине заиграли в первый раз — и в ответ на потоп, вызванный царем Собакой, пошли быки стадами и выпили воду. Скоморохи заиграли второй раз, видимо, в ответ на какие-то новые враждебные действия противника, но это звено утрачено. Сами имена сторонников и родных царя Собаки указывают на переделывающих все на свой лад лиц и переделывающих во вред людям: Перегуд, Перекраса, Пересвет. Вавило и скоморохи У цесной вдовы да у Ненилы А у ней было цядо Вавило. А поехал Вавилушко на ниву Он веть нивушку свою орати, Ишша белую пшоницю засевати: Родну матушку хоцё кормити. А ко той вдовы да ко Ненилы Пришли люди к ней веселые, Веселые люди не простые, Не простые люди, скоморохи. – Уш ты здрастуёш, цесна вдова Ненила! У тя где цядо да нынь Вавило? - – А уехал Вавилушко на ниву Он веть нивушку свою орати, Ишша белую пшоницю засевати: Родну матушку хоце кормити.– Говорят как те веть скоморохи: – Мы пойдём к Вавилушку на ниву; Он не идёт-ле с нами скоморошыть? – А пошли к Вавилушку на ниву: – Уш ты здрастуёш, цядо Вавило, Тибе нивушка да те орати, Ишша белая пшониця засевати, Родна матушка тибе кормити! - – Вам спасибо, люди весёлые, Весёлые люди, скоморохи; Вы куды пошли да по дороги? - – Мы пошли веть тут да скоморошыть; Мы пошли на инишшоё цярьсво Переигрывать царя Собаку, Ишше сына его да Перегуду, Ишша зятя его да Пересвета, Ишша доць его да Перекрасу. Ты пойдём, Вавило, с нами скоморошыть! – Говорило то цядо Вавило: – Я веть песен петь да не умею, Я в гудок играть да не горазён.- Говорыл Кузьма да со Демьяном: – Заиграй, Вавило, во гудоцик А во звоньцятой во переладец; А Кузьма з Демьяном припособит.- Заиграл Вавило во гудоцик А во звоньцятой во переладець, А Кузьма з Демьяном припособил. А того веть цяда у Вавила А было в руках-то понюгальцё1)– А и стало тут погудальцё; Ишша были в руках у его да тут веть вожжи – Ишша стали шелковые струнки, Ишше то цядо да тут Вавило Видит, люди тут да не простые, Не простые люди-те, светые; Он походит с има да скоморошить. Он повёл их да веть домой жа. Ишша тут цесна вдова да тут Ненила Ишша стала тут да их кормити. Понесла 'на хлебы-те ржаные - А и стали хлебы-те пшоные; Понесла 'на куру-ту варёну - Ишша кура тут да веть взлетела, На пецьней столб села да запела. Ишша та вдова да тут Ненила Ишша видит, люди тут да не простые, Не простые люди-те, светые, И спускат Вавила скоморошыть. А идут скоморохи по дороги. На гумни мужык горох молотит. – Тобе бох помошь, да веть кресьянин, На бело горох да молотити! - – Вам спасибо, люди весёлые, Весёлые люди, скоморохи; Вы куда пошли да по дороги? - – Мы пошли на инишьшоё цярьсво Переигрывать царя Собаку, Ишша сына его да Перегуду, Ишша зятя его да Пересвета, Ишша доць его да Перекрасу.- Говорыл да тот да веть кресьянин: – У того царя да у Собаки А окол двора да тын залёзной, А на кажной тут да на тыциньки По целовецей-то сидит головки, А на трёх веть на тыцинках Ишша нету целовецих-то тут головок; Тут и вашим-то да быть головкам.- – Уш ты ой еси, да ты кресьянин! Ты не мог добра нам веть (и) здумать, Ишша лиха ты бы нам не сказывал. Заиграй, Вавило, во гудоцик А во звоньцятой во переладець; А Кузьма з Демьяном припособят.- Заиграл Вавило во гудоцик, А Кузьма з Демьяном припособил: Полетели голубята-ти стадами, А стадами тут да табунами; Они стали у мужика горох клевати. Он веть стал их тут кицигами2) щыбати; Зашибал, он думат, голубят-то,– Зашибал да всех своих ребят-то. – Я веть тяшко тут да согрешыл веть: Ети люди шли да не простые, Не простые люди-те, светые,– Ишша я веть им да не молилса.- А идут скоморохи по дороги. А на стрецю им идё мужык горшками торговати. – Тобе бог помошь да те, кресьянин, Ай тибе горшками торговати! - – Вам спасибо, люди весёлые, Весёлые люди, скоморохи; Вы куды пошли да по дороги? - – Мы пошли на инишыпоё цярьсво Переигрывать царя Собаку, Ишша сына его да Перегуду, Ишша зятя его да Пересвета, Ишша доць его да Перекрасу.- Говорыл да тот да веть кресьянин: – У того царя да у Собаки А окол двора да тын залезной, А на кажной тут да на тыциньки По целовецей-то седит головки, А на трёх-то веть на тыцыньках Нет целовецих да тут головок; Тут вашим да быть головкам.- – Уш ты ой еси, да ты кресьянин! Ты не мог добра да нам веть здумать, Ишша лиха ты бы нам не сказывал. Заиграй, Вавило, во гудоцик А во звоньцятой во переладець; А Кузьма з Демьяном припособит.- Заиграл Вавило во гудоцик А во звоньцятой во переладець, А Кузьма з Демьяном прыпособил: Полетели куропкй с ребами, Полетели пеструхи с цюхарями, Полетели марьюхи с косяцями3); Ишша стали мужику-то по оглоблям-то садитьсе. Он веть стал тут их да бити И во свой веть воз да класти. А поехал мужык да в городоцик, Становился он да во редоцик, Розвезал да он да свой возоцик,– Полетели куропки с ребами, Полетели пеструхи с цюхарями, Полетели марьюхи с косяцями. Посмотрел во своём-то он возоцьку,– Ишше тут у его одны да церепоцьки. – Ой! я тяшко тут да согрешил веть: Ето люди шли да не простые, Не простые люди-ти, светые,– Ишша я веть им-гот не молилса.- А идут скоморохи по дороги. Ишша красная да тут девиця, А она бильё да полоскала. – Уш ты зрастуёш, красна девиця, На бело холсты да полоскати! - – Вам спасибо, люди весёлые, Весёлые люди, скоморохи; Вы куды пошли да по дороги? - – Мы пошли на инишыпоё цярьсво Переигрывать царя Собаку, Ешше сына его да Перегуду, Ешше зятя его да Пересвета Ешше доць его да Перекрасу.– Говорыла красная девиця: – Пособи вам бох переиграти И того царя да вам Собаку, Ишша сына его да Перегуду, Ишша зятя его да Пересвета А и доць его да Перекрасу.- – Заиграй, Вавило, во гудоцик А во звоньцятой во переладець; А Кузьма з Демьяном припособит.- Заиграл Вавило во гудоцик А во звоньцятой во переладець, А Кузьма з Демьяном припособил. А у той у красной у девици, А были у ей холсты-ти веть холшовы, Ишша стали шелковы да атласны. Говорыт как красная девиця: – Тут люди шли, да не простые, Не простые люди-те, светые,– Ишша я веть им да не молилась.– А идут скоморохи по дороги, А идут на инишьшоё цярьсво. Заиграл да тут да царь Собака, Заиграл Собака во гудоцик А во звеньцятой во переладец,– Ишша стала вода да прыбывати: Ишша хоцё водой их потопити. – Заиграй, Вавило, во гудоцик А во звоньцятой в переладець; А Кузьма з Демьяном прыпособит.- Заиграл Вавило во гудоцик И во звоньцятой во переладець, А Кузьма з Демьяном припособил: И пошли быки-те тут стадами, А стадами тут да табунами, Ишша стали ваду да упивати; Ишша стала вода да убывати. – Заиграй, Вавило, во гудоцик А во звоньцятой во переладець; А Кузьма з Демьяном припособит.- Заиграл Вавило во гудоцик, А во звоньцятой во переладець, А Кузьма з Демьяном прыпособил: Загорелось инишьшоё цярьсво И сгорело с краю и до краю, Посадили тут Вавилушка на цярьсво. Он привёз веть тут да свою матерь. Текст публикуется по первой записи 1900 года: Григорьев А.Д. Архангельские былины, т. 1, № 85. 1) Понюгальцё – кнут, погонялка. 2) Кичига – молотило, верхняя часть цепа. 3) Пеструхи – тетера; марьюхи – полевая птица; косачи – польник, полевая птица. (Объяснение сказительницы.) Светозар Рыжков