Недетские сказки 📝 - Яри-ило-о-о!!! – истошный вопль очередного волхвования, буром ввинтился в ух - пост # 252543

 

Сообщение от: 2017-09-18 15:46:25

Недетские сказки 📝 - Яри-ило-о-о!!! – истошный вопль очередного волхвования, буром ввинтился в ухо. Да что ж такое, только светать начало! - Славься, славься, младой бо-ог! Я со стоном накрыла голову подушкой. Бесполезно. Визгливые нотки проникали и туда. - Яри-ило-о! - Слышал что ли? – не выдержав, я толкнула похрапывающего мужа. – Тебя выкликают… «Упыри болотные» - мрачно закончила про себя. - Маренушка-а… - сладко потянулся супруг, - ну выйди ты к ним. А я опосля… - Они там слепые что ли? Мужика от бабы не отличат? - Так ты скажи, что я потом, - Ярило отвернулся к стене, и, кажется, вновь уснул. А потом еще спрашивают, отчего Марена вечно мрачной ходит. Вас бы до петухов будили, да из супружеской постели вытаскивали. Даже в Ирии от них покою нет, молельщики гадские. Делать нечего. Накинула я сарафан с безрукавочкой меховою, опоясалась, да вышла к честному люду… чтоб им всем на болоте заблудиться! - Свет да тепло, - нараспев произнесла я. – Чего хотите, добрые люди? - Кто такова? – сощурив единственный глаз, подозрительно уставился на меня главный волхв. И вот так всегда: ни поздороваться, ни поклониться… И всем чего-то надо. - Супруга я Ярилина. – имя произносить не стала, а то пугаются почему-то. - А-а, так вот оно что! А сам он где? - Опосля выйдет, - раздраженно ответила я. Вот чего не люблю, так это невежевых таких. – Просил передать, чтоб молились тише. Слышит он, - тут я спохватилась, и снова добавила напевности, - добрых людей даже шепот безгласный долетит, а злые только глотку сдерут зря. Сказала, и растаяла туманом утренним. С ними только так и можно, а то даже богиню вопросами запытают. Ярило, как я смела надеяться, уж и встал, и очи ясные залил… кхм, промыл, промыл, конечно же! А вот за работу приняться – так и не принялся. Хорошо смертным. Одно хозяйство, одна семья, забот много, да все простенькие. А богам каково? За всем миром уследить, равновесие блюсти, да на молитвы отвечать… а людей-то на свете, ох как много! Ладно, это я хватила лишку. На наш Ирий только славяне молятся. В Элладе Олимп, у северян Вальхалла… Кстати, Хель обещала в гости заглянуть. А в жарких странах и вовсе божков видимо-невидимо, у каждого роду-племени своё. И все тощенькие такие, ободранные, прямо жалко иногда. Довольно о них. Ярилу я, где уговорами, где лаской, к смертным отправила, пусть длит дальше род людской (хотя по совести-то, под тьмой моей они «длятся»). А сама в покойчик свой сумрачный, к зеркалу заветному. - Катись-катись яблочко, да по серебряному ободу, покажи мне, - я на миг задумалась. – А покажи мне заботы мои нынешние. Завертелось, закрутилось золотое яблочко, побежало по краешку зеркальному. И прояснилась серебряная гладь. - А богиньку Маренку мы в Явь отправим. Пусть среди смертных ходит, личину скрывает. Ох, Род-Отец, это кто тут такой еще выискался?! Меня? В Явь?! - Катись-катись яблочко, покажи мне начало… беседы ей занятной! – Я тряхнула волосами. Уж не буду подробности вам изливать. Всему виной Ярилина оговорка оказалась. Сказал он мне разок прилюдно «Лада моя». Люди и решили, что меня Ладой зовут. Упыри! А вера людская, она такая. Богов лелеет, питает. Новых рождает, а как вера исчезнет, так и богам не жить. Да только не Лада я! Мареной назвали, так мне и ходить с этим именем веки-вечные. Но и вера отступать не собирается. Так и появилась на свет богиня новая. Лада-жизнь. Светлая, радостная, рыжая да зеленоглазая. А меня, по созвучию с «мором» - в смерть записали. Вот и порешили волхвы да «мудрейшие» изгнать Смерть из Ирия, чтобы не могла я сверху видеть да гибелью править. Чего добрую сотню лет ждали, спрашивается? И невдомек смертным, что и жизнь и смерть всегда рука об руку ходят. И пока не умрёт старое – новому не народиться. Ох и взметалась я. Вытащила из сундука фонарь волшебный, что всякую правду видит, кривду говорить не велит, да ринулась к «заговорщикам». По пути опомнилась, правда, решила только главного их посетить, вразумить глупого. - Исполать тебе, - чуть с языка «хрен с ушами» не сорвалось, - добрый молодец! - И ты здравствуй, славница. – степенно отмолвил тот. – С чем пожаловала, краса ненаглядная? Ну вот, еще и за девку безмужнюю принял. Хоть и я хороша. Ну какой же в сорок лет добрый молодец? Выпрямилась я гордо, светильник подняла: - Имя моё – Марена. И хотел он что-то ответить, да застыли слова в горле, а глаза к моим прикипели. Только боги могут прямо говорить как имя их. Остальные-то шепотком, да с оглядочкой «зовут, дескать, так-то». А уж чужим именем назваться, да моим вдобавок… Сощурился недобро: - Сама явилась, значит. - Да уж, незвана-непрошена, - холодом дохнула ему в лицо. – Ты чего же это удумал, бестолочь? - Доброе дело свершить, что еще! Ты ж, злодейка, мужей с жёнами разлучаешь, братьев с сестрами, матерей с чадами взрощенными. Зимой холодной землю укрываешь, всякое дыхание заморозить норовишь. Вот соберемся вдругорядь и свергнем тебя в Явь. А здесь с тобой уж каждый поквитаться рад! Как я ему светильником по сусалам не влепила – того сама не ведаю! - Все живое решили законного отдыха лишить? На новую жизнь никого не пускать, в старых телах преть? Да ведомо ли тебе, червю смертному, что после жизни вы все встречаетесь?! Да в новые тела входите, и сладость встречи заново испытываете. - Да кому надо такое, с младенчества всему заново учиться, все муки земные заново терпеть! - Тебя спросить забыли, когда мир уряжали! – взъярилась я уж окончательно. – Да будь по твоему! Таким как ты – смерти не будет, уйдёте все в Тьму Изначальную. Навью будет то царство зваться! И потекли из меня силы потоками. Клубками свивались, громом-молнией искрились, а под конец радугой чёрной вспыхнули да рассеялись. - Слышал ли слово богинино? – строго раздался отцов голос за моей спиной. Я мигом обернулась, и в поясе склонилась: - Здрав будь, Род-батюшко. - И тебе того же, Маренушка. - Род-сотворитель… - и это несчастье ходячее рот распахнуло. - Всё слышал, все ведаю, - прервал его отец. – Ох, Марена, говорил же я тебе, не руби сплеча, да что уж теперь… Ты сотворила царство новое – тебе в нем и править. - Справлюсь, батюшка. - Верю, справишься. Тебе любое дело по плечу. Да только, не обессудь, теперь тебе в делах Жизни – Лада помощницею будет. Ей будешь души поручать новорожденные. Я вздохнула только. С отцом не спорят, а с Родом и подавно. - Ну а в Навь свою – сама судиею будешь, кого отправлять, - уже в Прави поучал меня Род, помогая укручивать в толстые шкуры заветное зеркало. – Ярило-то дома? - Нет, - я вздохнула еще раз. - Ну ничего, я ему все поведаю. Зайдёт небось, проведать супружницу. - Зайдёт, уж точно, - улыбнулась я. – Ой, ба-атюшка! - А? – оторвался он от надкушенного яблока, перевел на него взгляд и охнул: - Вот я, старый, растяпой стал! Прости, Маренушка. - Батюшка… - у меня аж слезы на глаза навернулись, - да как же я теперь? - Ох, ну не плачь, не плачь, дитятко, - засуетился он. – Не испортилось яблочко, а коли испортилось, я тебе подарочек сделаю. - Какой? - О, вот и слезки высохли, - заулыбался Род. – А подарочек вот какой: теперь яблочку твоему не только прошлое с настоящим доступны будут, а и грядущее прозреть сможешь. Я только рот открыла. Да уж, всем подарочкам – подарочек! Через три года: Ворон-разумник хлопнул крыльями на своём насесте. Знать, муж скоро вернется, пернатый мой про то всегда наперед знает. Я вздохнула, и расрутила надкушенное яблоко в другую сторону, закрывая окошко браузера. Ох, и невовремя же Ярило сегодня, еще только половина дня прошла. А у меня горох на ферме не собран, и рассказ на конкурс дописывать надо! - Маренушка, лада моя, дома ли ты? Отвори. - Сейчас! Отворила я двери царства навьего, да так и обомлела: стоит на пороге супруг мой, хуже скомороха последнего обряженный. - Яри-ило, - аж пошатнуло меня. – Да что же это с тобою? - Не пугайся, - жалобно так вздохнул. – Это я проспорил тут… - Кому? - Да Локи, будь он неладен. Я даже спрашивать ничего не стала, сразу переодевать повела. А Локи я это еще припомню! Нашёл с кем спорить, лошадь норвежская! Но про то, как я его метлой Иггдрасильской гоняла, да про то как он под седлом ходил - другой сказ будет. Тут и сказочке конец, а кто читал, тем… to be continued! (с) Наталья Юльева