Вашему вниманию представляется перевод исследования 40-летней давности за авторством П. Б. Тайлора, - пост # 222251

 

Сообщение от: 2018-08-21 12:23:18

Вашему вниманию представляется перевод исследования 40-летней давности за авторством П. Б. Тайлора, который, тем не менее, не потерял актуальности и сегодня. В нём рассматривается такое нелицеприятное явление, когда желаемое выдается за действительное. В попытке найти решение задачи, сторонники данного подхода не только уводят свою аудиторию от реального ответа, но также и портят почву под ногами своих коллег, которые рискуют положить в основу своих будущих работ недостоверные факты и субъективные суждения. Для вашего удобства перевод статьи также свёрстан в PDF. __________ Руны Хёнена: исследование Университет Женевы П. Б. Тайлор, 1976 Прошло более двадцати лет с тех пор, как Магнус Олсен (Magnus Olsen) опубликовал своё развернутое исследование камня из Хёнена (Hønen Stone, N 102), в котором он пересмотрел более ранее мнение Софуса Бугге (Sophus Bugge) о том, что руны на камне, вырезанные приблизительно в 1050 году, представляют собой самую раннюю европейскую отсылку к Винланду, и добавил, что камень, вероятно, был памятником Финну Фегинну (Finnr Feginn) — Финну Счастливому, — внуку Сигурда Сюра (Sigurd Syr) и члену важной семьи из региона Рингне в Норвегии*. В течение последнего десятилетия наблюдается значительный рост интереса к северным путешествиям, таким, какие описывают руны Хёнена. Открытие древнескандинавского поселения в Л’Анс-о-Медоуз (l’Anse-aux-Meadows, «бухта медуз» — первое в Северной Америке и Западном полушарии европейское поселение викингов конца XI века, обнаруженное в Канаде — прим.), анонсированное в 1963 году, прочно закрепило присутствие скандинавов на североамериканском континенте и подтвердило сообщения из исландских саг о путешествиях в Северную Атлантику. Предполагаемая карта Винланда была опубликована в 1965 году (Изображение 1). Она сопровождалась необычным числом научных исследований древнескандинавской культуры и колонизации, за чем неизбежно последовала публикация поддельных рунических «находок»*2. Тем не менее, надпись из Хёнена, хоть самого камня больше и не существует, не вызывала сомнений и не подвергалась новому критическому анализу*3. Моя цель — предложить направления, по которым может быть проведено новое исследование. Удобнее всего было бы выявить проблемы, связанные с надписью Хёнена, из конспекта Софуса Бугге на основе его исследования 1902 года: «Незадолго до 1817 года в Хёнене, близ церкви в Рингерике (Ringerike) в центре Норвегии, был найден рунический камень. Размеры камня составляли примерно 126 см в длину, 21 см в ширину и 10 см в толщину. Он содержал крайне неясную руническую надпись. Надпись была воспроизведена в 1823 году в эскизе, сделанном антикваром Клювером (L. D. Klüwer). Оригинальный эскиз так и не был найден, однако в музее Бергена хранится его копия… Рунический камень исчез в период с 1925 по 1938 гг, и, несмотря на тщательные поиски, так и не был найден. Очевидно, что некоторые руны были неверно изображены Клювером… Надпись сделана в память об умершем человеке, имя которого, вероятно, было упомянуто в начале. Это начало, которое никогда не было обнаружено, вероятно, было высечено на другом камне, потерянном еще раньше. Покойный был норвежцем из Рингерике, который пережил значительные трудности во время плавания в северных морях, где он, вероятно, и погиб. Из исландских саг мы знаем, что слово úbygð — «необитаемый регион» — относится к конкретным необитаемым частям Гренландии. Камень говорит нам, что норвежец, в память о котором он был возведен, и его спутники покинули своё судно. Оголодавшие и насквозь промокшие, они вышли на ледяной берег в необитаемом регионе «по направлению к Винланду», то есть на западе, недалеко от северного побережья Америки… Эта надпись, найденная в Рингерике, должна датироваться периодом 1010-1050 гг, судя по смыслу и форме рун… Это самый старый документ, известный в Европе, в котором упоминается Америка». Этот конспект приводит к ряду проблем, которые не смогли решить другие ученые, но которые не препятствовали их молчаливому принятию камня как подлинного исторического и литературного артефакта. Научный оптимизм в отношении проблем, связанных с работой Бугге, тормозит отсутствие самого камня. Также удручает, что эскиз Клювера впоследствии тоже исчез, но, к счастью, не раньше, чем Кристи (W. F. K. Christie) сделал его копию для музея Бергена в 1938 году. Что Клювер, что Кристи известны как достоверные и осторожные ученые, поэтому, изучая их существующую работу, тяжело приписывать ошибки одному, а не второму. Бесспорно, у Клювера была более сложная задача — работать с древним потрескавшимся камнем. Если камень действительно был поврежден, то это крайне удачный разлом, приходящийся на начало того, что во всех смыслах и целях является целостной грамматической и поэтической структурой. Можно только предположить, что чего-то вообще не хватает, например, имени покойного, которое мог содержать этот мемориальный камень, если он являлся таковым. Вполне вероятно, что эту информацию содержал второй камень, но двойные рунические мемориалы исключительны. Сомнительная связь этих рун с большей надписью и тот факт, что надпись, которой мы располагаем, является копией копии надписи с камня, заставляет нас подходить к ней с должной осторожностью. Как мы можем видеть из копии Кристи, форма и расположение рун сбивают с толку. Полностью руны показаны на изображении 2. Согласно моим расчетам, надпись содержит 64 отдельных руны (или графических линии, которые мы можем назвать графами), разделенных на двенадцать групп короткими вертикальными штрихами в середине строки. Эти штрихи делят надпись на группы по 4, 3, 2, 5, 8, 3, 5, 4, 20, 4, 4 и 2 руны. Согласно трактовке Бугге, в латинской интерпретации эти руны выглядят так: utuk uit uk þurba þiruukas uin latia isai ubukþaþkuamuauþailt uika taui ar Что из этого исправляет руны, которые «были неверно изображены Клювером», имеет значение для научных суждений. Магнус Олсен толкует надпись по-другому: utuk uit uk þurba þiruukas uin kalta isa iubukþaþkuamuauþmailt uika taui ar И Бугге, и Олсен записывают руны 43 и 44 (ua) в одну u-руну. Таким образом, они насчитывают 63, вместо 64-х рун. Олсен переиначивает буквы в седьмой группе и предполагает, что разделитель между восьмой и девятой группами неуместен. В остальном оба толкования совпадают, и ни один другой ученый, насколько мне известно, не предложил альтернативы. Перевод рун в древнескандинавскую поэтическую форму от Бругге выглядит следующим образом: Út ok vítt ok þurfa þerru ok áts Vínlandi á ísa í úbygð at kómu; auð má illt vega, [at] doyi ár. («Издалека, нуждаясь в сухой одежде и еде, из Винланда они пришли в необитаемые регионы. Несчастье может так бороться с удачей, что одно погибнет раньше»). А вот трактовка от Олсена: Út ok vítt, ok þurfa þerru ok áts, Vindkalda á ísa, i óbygð at kómu. Auð má illt vega, at deyi ár. («Издалека, нуждаясь в сухой одежде и еде, они прошли вдоль и поперек ветреный морозный (Windcold) лед в необитаемых регионах. Несчастье может забрать удачу, и тогда человек погибнет раньше»). Трактовка Олсена в прозе, хотя он, как мы заметим позже, не опровергает поэтический характер надписи. Толкование Бугге лучше согласуется с грамматической структурой надписи, чем у Олсена. Дательное окончание в слове Vinland (или Windcold) можно трактовать как движение к или от, но для предлога i (op paa vindkalde iser) это маловероятно. Тем не менее, единственно важные существующие споры сосредоточены на интерпретации рун в группах шесть и семь: uin kaltaj|latia (изображение 3). Трактовка этого слова имеет решающее значение, поскольку оно указывает на путешествие либо по Винланду (Северная Америка), либо просто по Гренландии. Если это слово действительно обозначает Винланд, надпись заслуживает всю ту значимость, которую придает ей Бугге, и тогда она достойна более заметного места в научных дискуссиях о доколумбовых путешествиях в Новый Свет. Тем не менее, я разочарован. Как я ни пытаюсь, я не могу увидеть здесь ни Vinland, ни Windcold, и я подозреваю, что Бугге и Олсен увидели здесь то, что хотели увидеть. Когда Бугге описывал руническую надпись на камне из Хёнена как «крайне неясную», он, должно быть, имел в виду, что руны были едва заметны на камне, в то время как копия (штриховка по рельефу или рисунок) не может в той же степени передать эффект слабого оттиска, имеющего нечеткую форму. Четвертая руна (L у Бругге, и K у Олсена) больше похожа на руну 22 (S), чем на что-либо еще, а какое-либо различие между двумя вертикальными линиями, которые Бругге трактует как ti, а Олсен как It, явно отсутствует. Два толкования в целом показывают больше «призраков» такого рода и заставляют нас допускать больше несоответствий в формах рун, чем мы обычно ожидаем. Например, прочитанные Олсеном T (руны 2, 7, 29, 55 — у меня 56; и 58 — у меня 59) представлены четырьмя совершенно разными графами! Только руны 7 и 58 имеют похожую форму. Бугге трактует руну 28, вместо 29, как T, но это произвольный выбор, в зависимости от того, что хочется видеть. Семь K-рун Олсена (4, 9, 20, 26, 37, 42 и 56 — у меня 57) представлены тремя разными графами, руны 20 и 26 являются исключительными*4. Бугге трактует руну 26 как L, но единственная ясная L-руна в надписи находится под номером 52, который представляет собой угловую линию, идущую по вертикали вниз, а не вверх. И Бугге, и Олсен трактуют руну 22 как S, хотя, в отличие от S под номером 32 — верхний вертикальный полуштрих — вертикальный штрих находится по центру, а не сверху, и имеет нехарактерный угловой изгиб сверху, несколько напоминающий руну 26. Чаще всего в надписи встречается U-руна, имея 14 идеальных периодических вхождений. Из-за чего довольно подозрительно, тем не менее, видеть у Бугге и Олсена U-руну в позиции 43, где нет ничего, кроме одной вертикальной черты. Аналогичным образом трудно согласиться как с толкованием надписи в соответствии с расположением рун, так и со значением коротких разделителей посередине строки. Хотя Олсен и присвоил этой надписи тип «Man-Jær», надписи такого типа имеют характерные разделители в виде трех точек, расположенных вертикально. Разделители, объединенные в одну линию, чрезвычайно редки среди норвежских рунических надписей. Одним из объяснений разделителей надписи Хёнена может быть инструмент, который использовался для вырезания рун. Неравномерность линий в копии Кристи предполагает, что руны были поспешно процарапаны металлическим стержнем, а не вырезаны. Точки были бы непрактичными в качестве разделителей, если не использовался молот, а крест (X), достаточно распространенный в других надписях, требует двух линий, вместо одной, которую мы обнаружили на камне из Хёнена. Разумеется, если надпись была сделана спешно, мы не можем не задаться вопросом, почему групповые разделители вообще считались необходимыми. Единственное разумное объяснение разделителей должно основываться на их значении, которого я, признаюсь, вообще не вижу. Ответа также не могут дать ни Буге, ни Олсен, хотя последний предпочитает молча сдвинуть разделитель от своего положения после руны 34, чтобы следовать за руной 33. Разделители не используются последовательно для разделения слов, синтаксических или метрических единиц. Надпись содержит одиннадцать таких разделителей, девять из которых были скрупулезно вырезаны в середине рунической строки. Штрихи между 25 и 26, а также 62 и 63, выше других и больше похожи на S-руну (см. руну 32), чем на разделитель. Черта, которая следует за руной 25, является исключительной в том смысле, что она разрезает слово пополам, чего не делает ни один из других разделителей. Учитывая разногласия относительно значения соответствующего слова, было бы неплохо рассмотреть возможность того, что разделитель используется скорее как рунический граф, а шестая и седьмая группы рун — скорее одна группа, создающая, возможно, одно единственное начало слова vins-. Третьей проблемой, требующей дальнейшего изучения и оценки, является поэтический характер надписи. Бугге определяет размер как málaháttr, «речевой размер»; Олсен согласился с оговорками о второй половине строк 1 и 3, и увидел некоторую смесь в других стихах. Лично я нахожу мало сопоставимого, ритмично и аллитеративно, между этими строками и размером málaháttr, сохранившимся в древнескандинавской поэзии. Как привило, málaháttr имеет шесть ударных слогов на стих, в то время как fornyrðislag, «старый размер», только четыре. Кажется, что эти строки имеют пять ударных слогов: три внутри стиха и два — за пределами стиха. Это явление само по себе не лишает строки права быть поэзией, но аллитеративные формы развиваются, делая именно это. Только в третьей строке первый ударный элемент стиха аллитерируется, а затем он (auð) аллитерирует второй ударный элемент во второй половине строки, и это конкретное слово — ár — имеет только вторичное ударение, являющееся последней частью fornyrðislag Б-стиха! Внешний стих (off-verse) первой строки — þerru ok áts — не подлежит удовлетворительному лексическому анализу, несмотря на то, что ритмически находится рядом с короткими строками в строфах Reginsmál и Fáfnismál Ijóðaháttr, «певчем размере». Auð má illt vega остается только мучить поэтическим ритмом за счет принятых правил очередности ударений. Наконец, здесь отсутствует стандартное, хотя и не обязательное совпадение строки и синтаксической структуры. Стиль расположения слов в надписи также не соответствует традиционному стилю древнескандинавской поэзии. Здесь нет очевидных формулировок, только несколько слов, которые распространены в древнескандинавской литературе. Олсен находит явное соответствие между þerru ok áts и Hávamál 4, 2: þerru ok þjóðlaðar, «полотенца для рук и радушный прием»*5. Тем не менее, строка Hávamál нечетная или с тройным ударением, а строка þjóðlaðar это строфа. Здесь нет ритмического соответствия. Кроме того, даже семантическое соответствие остается под вопросом. Образность формы þerru внутри Hávamál порождается её контекстом в отрывке о радушии. Доступные гостю полотенца для рук — признак гостеприимства, радушия хозяина. Значение «полотенца для рук», безусловно, неуместно для моряка, потерпевшего кораблекрушение, в качестве любопытного преуменьшения образа «сухая одежда». Возможно, было бы неправильно трактовать надпись как упоминание о потребностях в еде и гостеприимстве, или þerru ok áts — как намек на отсутствие жилища, где они могли бы найти эти вещи. Слово úbygð поддерживает эту идею и является ключом к местоположению кораблекрушения. Это слово конкретно отсылает к восточному побережью Гренландии, поскольку заселенные районы Гренландии находились на западе и юго-западе. Как правило, для необитаемых районов Норвегии используется слово sætr, «горные подножья, пустоши», а термины для необитаемых районов в Исландии не нужны, поскольку весь внутренний район был непригодным для проживания. Поэтому трудно согласиться с толкованием Бугге «на западе, недалеко от северного побережья Америки». Кораблекрушение могло произойти на восточном побережье во время путешествия из Винланда в Исландию, но поскольку поездки в Винланд (за исключением непреднамеренных рейсов оттуда) начались с Гренландии, более разумно согласиться с Олсеном, предположив, что упомянутое плавание было путешествием из Исландии в Гренландию, а не из Исландии в Винланд или из Гренландии в Винланд. Наконец, существует проблема личности человека, увековеченного в надписи. Это проблема не особенно меня интересует, поскольку относится к истории, а не к лингвистике или литературе. Магнус Олсен привел немало доказательств того, что камень относится конкретно к Финну Фегинну, «Финну Счастливому»; и, поскольку эти доказательства необходимо пересмотреть, я кратко рассмотрю их здесь. До тех пор, пока имя Финна Фегинна привязано к изучению камня, обязательно должно быть затронуто и толкование самого камня. Финн Фегинн был сыном Кетиля Калва (Ketil Kalv) и внуком Сигурда Сюра, отца короля Харальда Сигурдссона (Harald Sigurdsson). В то время Финн был племянником со стороны матери королю Норвегии и членом важной семьи в Рингне, где и был обнаружен камень из Хёнена. Согласно «Сказу о Хенинге» (Hernings þáttr, также известный как Tósta þáttr), Финн был потерян в северном плавании. Его тело было найдено Лодином-мертвецом (Líka-loðinn) и затем возвращено в Норвегию по приказу Олафа, ставшего позд


Документ: Руны Хёнена.pdf